Тот самый Петруха, которого я тащил на себе среди песков, скал и гор Афганистана.

— Сан Саныч! — позвал меня знакомый голос за спиной.

Это был командир моего полка Тяпкин Андрей Фридрихович. Я подошёл к нему и поприветствовал.

— Рад твоему возвращению. Мы наслышаны, что тебе удалось сломать все традиции и устои в Шахджое, — улыбнулся полковник, но мне было не особо радостно.

— Задачу выполнил, домой вернулся. А тут такое, — повернулся я к фотографии Петрухи.

Тяпкин выдохнул и рассказал, что произошло. У Казакова начались осложнения. Видимо, блуждающие осколки по телу своё дело сделали.

— Месяц как похоронили, — ответил Тяпкин, когда мы стояли рядом с фотографией Петрухи.

— Семья? — спросил я.

— Жена и ребёнок получат двухкомнатную квартиру в Москве. Каким образом получилось так быстро им всё оформить, не знаю. Похоже, есть покровители у Казакова, которым он не безразличен.

Что ж, представители конторы держат слово. Это радует. А вот то что виновник смерти Петрухи не наказан — злит меня."

"После разговора с командиром полка и беседы с Медведевым, меня «принудительно» решено отправить в отпуск. Этому я противиться не стал, поскольку голова и тело требуют отдыха. Некой перезагрузки после командировки и последних новостей.

Перед убытием на отдых я решил зайти в кабинет, который мы делим с командиром эскадрильи. Комэска сегодня отсутствует по личным обстоятельствам. Однако, войдя в кабинет, я обнаружил, что тут есть ещё кое-кто.

— Сан Саныч, а я вас жду! — воскликнул Виталий Казанов.

Вот как у них это получается! Я ещё сам не знал, что пойду к себе в кабинет, а он уже здесь. И уже чай пьёт!

— Что вы тут делаете? — спросил я, подойдя к столу.

— Дружеский визит.

— Понятно. То есть, просто пришли на КПП, попросили солдата пропустить вас к другу Клюковкину и вот так легко вошли в штаб эскадрильи? — поинтересовался я, хотя понятно, что у этих ребят есть ключ от всех дверей.

— Вот всё именно так и было. Точь-в-точь.

— Понятно, — ответил я и поставил портфель рядом со столом.

Казанов в это время сидел на диване, отпивая чай из кружки в красный горошек.

— У вас прекрасный чай. Могу и вам налить, — улыбнулся Виталий.

— Вы как бы в моём кабинете, товарищ Казанов.

— Я знал, что вы очень гостеприимны и позволил себе попробовать чай. Так вам налить, или как?

— Не откажусь, — ответил я, снимая с себя кожаную куртку.

Пока Виталик наливал мне чай, я внимательно посмотрел на него. Казанов слегка похудел, причёску изменил. Отрастил длинные волосы. Сильный загар, будто из Африки вернулся.

— Рад вас видеть, Александр, — протянул мне чай Виталий и вновь сел на диван, потирая колено.

— Не могу ответить вам взаимностью, поскольку не знаю цель вашего визита.

Казанов кивнул и поставил на чайный столик чашку.