На ней было прозрачное сетчатое бельё, едва прикрывавшее наготу. На запястьях сверкало несколько браслетов. Длинные блестящие тёмно-медные волосы рассыпались по плечам.

Она изящно скользила по шесту и смотрела на Сокола так, словно в мире никого, кроме них, не существовало. Он любовался её соблазнительными движениями, аппетитными изгибами тела и гармоничной работой мышц.

– Детка…

Пташка опустилась на пол рядом с шестом и крайне реалистично изображала в танце половой акт с ярким оргазмом в конце. Дима ощутил острое возбуждение. В мыслях он уже стаскивал её со сцены и начинал горячую прелюдию…

Девушка замерла на секунду, а потом ловко поднялась на ноги на своих острых шпильках и одним движением освободилась от лифа. Дима перестал дышать и еле сдержался, чтобы не завыть, словно голодный хищник. Она была фантастически хороша: неземная тонкая красота и кошачья пластика.

Пташка просунула большие пальцы под тонкие лямки трусиков и начала призывно покачивать бёдрами. Дима медленно выдыхал воздух через рот, практически не шевелясь.

В кульминацию песни Пташка быстрым движением разделась до конца, а Дима просто перестал моргать, боясь пропустить малейшее её движение. Внезапно она шагнула к нему со сцены и продолжила танец на расстоянии вытянутой руки.

Сокол ощутил запах её духов: цветочно-травяной с солнечными бликами. Казалось, ещё секунда, и он потеряет остатки разума от восторга. Подавшись вперёд, Пташка упёрлась ладонями в подлокотники кресла, и её волосы волной коснулись лица Димы. Он слегка приподнялся, уже практически не контролируя себя, но девушка ловко обошла кресло и оказалась позади него. Сокол закрыл глаза, почувствовав на своих плечах её тёплые ладони. Пташка медленно опускала их по его чёрной футболке, ощущая, как его грудные мышцы сумасшедше дёргались от её прикосновений. Она опустила голову к его уху и тихо, но отчётливо прошептала:

– Хочешь меня?

Дима еле сдержал нервный смешок и хрипло ответил:

– Ты ещё спрашиваешь…

Она перекатилась по креслу, оказавшись на его коленях и мимолётно провела языком по его щеке. Дима положил ладони на её гладкие ягодицы, зная, что вообще-то клиентам было запрещено прикасаться к танцовщицам. Но ведь она первая нарушила границы…

– Поехали ко мне?

– Что?!

Мелодия закончилась, но Пташка всё ещё сидела на коленях у Димы и сладко ему улыбалась.

– Что? Ты же постоянно приходишь ко мне. Смотришь так, как никто никогда на меня не смотрел…

– Детка, ты уверена?

– Да… Жди меня у служебного входа.

Она вспорхнула с него и исчезла за кулисами.

Шокированный Сокол ещё с полминуты смотрел ей вслед, потом одним глотком влил в себя остывший эспрессо и растёр лицо ладонями. Они пахли её кожей.