Гордый, независимый, властный. Даже «рексы», и те расступились перед ним. Большая у него власть, если он на «крытке» чувствует себя хозяином.

– Ну вот и свиделись, – жестко сказал Булат, останавливаясь возле его койки.

Телохранителей с ним нет. А они ему и не нужны. «Рексы» несут вахту перед входом в палату. Здесь они одни – он и Булат.

– Доволен? – зло сощурил взгляд Вагонетка.

– А разве я хотел видеть тебя в тюряге? – как будто удивился Леон.

– Ну да, тебе бы, в натуре, мой труп пощупать.

– Нет, я хотел видеть тебя своим союзником. Но ты сам отвернулся от меня.

– Ты грохнул Тихона и Пятака.

– Ты же знаешь, это не так. С ними Бекас расправился.

– А Тарас и Страшила?

– На моем месте ты поступил бы точно так.

Логично. Получается, Булата не в чем упрекнуть.

– Короче, ты порожняки пришел гонять? Или «правилку» чинить?..

Булат мог пристрелить его прямо сейчас. Вагонетка не сомневался, что под элегантным пиджаком у него пистолет. Ему позволено все.

– Ты пошел против меня. Это первый «косяк», – холодно посмотрел на него Булат. – Твои люди пытались меня убить. Это второй. И третий – ты натравил на меня ментов. Но ты вел войну по-честному. Ты мог взять в заложники моего брата, моих предков. Ты этого не сделал. Поэтому третий «косяк» с тебя снимается.

– Что-то я не пойму тебя, Булат. Чо ты мне тут втуляешь? Какая разница, сколько «косяков»? Семь бед – один ответ, в натуре...

– Разница есть.

Булат вытащил из кобуры под мышкой револьвер. Затем он откинул барабан и высыпал на ладонь патроны.

– Барабан пустой, – сказал он. – За тобой два «косяка». Значит, сколько патронов я должен вставить?

Вагонетка все понял.

Гусарская рулетка – излюбленный способ наказания Графа. Он определял степень вины человека по трехбалльной шкале. Каждый балл – патрон в шестизарядном барабане. Он наказывал виновного, но при этом давал ему шанс выжить.

Теперь такой шанс появился и у Вагонетки. Его вина тянула на два балла.

– Два.

Булат хладнокровно загнал в барабан два патрона. В палату вошел один «рекс» и взял Вагонетку на прицел автомата. С ума сойти. Менты не только закрывают глаза на художества Булата. Они еще и помогают ему. Их для этого даже автоматами вооружили.

– Будь мужчиной. – Булат бросил револьвер Вагонетке в ноги и спокойно вышел из палаты."

"Граф, тот стрелял сам. Но у Булата на этот счет было свое мнение.

Вагонетка потянулся к пистолету, взял его в правую руку. Он старался не делать резких движений. Иначе «рекс» вмиг нажмет на спусковой крючок.

Левой рукой он с силой крутанул барабан. И сморщился от боли: рану растревожил. Его сердце екнуло, когда барабан остановился. Знать бы, какое гнездо он подогнал к стволу – пустое или с патроном. Руки дрожали, от волнения сдавливало горло, тело пробивал мандраж.