В полпервого ночи она подошла к машине Симона, положила руку в некогда белой нитяной перчатке на капот. Должна была сработать сигнализация. И тогда, возможно, жертва сама спустится вниз. Чтобы уже больше не возвращаться домой.

Только сигнализация не сработала. Этот кретин даже не удосужился включить ее. Но дверцы все закрыты. А Рае уже хотелось попасть внутрь. Время позднее, пора уже спать.

С замком она возилась довольно долго. Наконец дверца открылась. И она забралась в джип. Откинула сиденье, устроилась на ночлег. И спокойно заснула.

Проснулась она как раз в тот момент, когда Симон открывал дверцу.

– А-а, еп! – матюгнулся он.

Рая испуганно вскочила и уставилась на него.

– Ты чо, сука, охренела? – вызверился на нее бандит.

На лице отвращение, в глазах ярость, слюной от бешенства брызжет. Он бы схватил ее, да брезгует прикоснуться к ней.

– Совсем падлы оборзели, бомжи вонючие! Всех урою! А ну пошла на хрен!

– Это моя машина, – прокряхтела Рая. – Я ее первой нашла.

– Че?! – От такой наглости Симон даже рот раскрыл. – Ты чо несешь, мразь?

– Машину я нашла. И пистолет нашла.

– Какой, мля, пистолет?

– Вот ентот!

Словно бы нехотя Рая достала пистолет. И вдруг резко направила ему в грудь.

– Э-э, ты чо, в натуре!.. – захлопал глазами от страха и неожиданности бандит.

– А ниччо!

Рая нажала на спуск. Пистолет дернулся в руках. Симон схлопотал пулю в живот и отлетел назад. На его белой рубахе под черным пиджаком заалело кровавое пятно. Да он, похоже, в бронежилете был. Второй класс защиты. Но «ТТ» и третий класс берет.

Она выпорхнула из машины и снова прицелилась. Контрольный выстрел. В ее профессии этот элемент обязателен.

* * *Сергей Холодов вставал всегда рано. В пять утра. Два часа уходило на зарядку. Сначала разминка на балконе. Потом бег. А затем наработка ударов на самодельной груше за гаражами.

Уже второй год он в команде Тихона. Рядовым «быком» был. И вдруг «бригадиром» стал. Правда, Тихона больше нет. Но он и под Вагонеткой себя неплохо чувствует.

В его распоряжении лучшие спортивные клубы города. И от его дома недалеко один такой. Вставай, иди туда и занимайся сколько угодно. Тренажеры, турник, брусья, груши, макивары. Что душе угодно. Только Холод привык к своему дому и двору. И ничего другого ему не надо. Разве что грушу за гаражами новую установить бы, фирменную, старая, самодельная, совсем износилась."

"И к балкону своему он привык. Уже семь лет подряд каждое утро гантелями на нем балуется. И сегодня он здесь. Вышел, вдохнул полной грудью свежий, по-утреннему прохладный воздух. Взгляд его скользнул по чердачному окошку соседнего дома. Никого там нет. А ведь запросто мог снайпер быть. Вагонетка сейчас в состоянии войны с Булатом. А Холод – не последний при нем человек.