Техника у него в порядке, то, что народу много на волне, так, когда соревнования, всегда людно. Главное — соблюдать этикет и уважать океан. С этого он и начал обучение сына.

В остальном, конечно, воспитатель из Данияла был никудышний. Дети вертели им как хотели, ладно совестливый Никитос, а вот фортелей от дочери Данка никак не ожидала. Неожиданное воздержание после их умопомрачительного гавайского секс-вояжа вводило в ступор обоих.

Но стоило Даниялу разрулить проблемы с дочкой, следом восстал сын.

— Ты говорил, что вы будете с мамой спать только когда поженитесь, — заявил он ошалевшему родителю, который уже успел очень подробно расписать Данке на ушко, как конкретно он себе видит сегодняшнюю ночь.

Насупленная мордаха Никитоса давала ясно понять, что его не купить кроватью в виде гоночной машины. Даниял думал недолго.

— Идите сюда, оба, — подозвал он сына с дочкой. Данка не удержалась, тоже подошла и встала у него за спиной. Даниял достал телефон, и когда развернул экран, у нее подкосились ноги. — Мы были женаты с мамой, у нас была свадьба, мама была очень красивая, и свадьба у нас была очень красивая.

Дети, затаив дыхание, разглядывали фото, а она лишь молча глотала слезы. У нее ничего не осталось, Оля все выбросила и удалила. Даниял отвечал на вопросы детей честно и рассказал почти все — они еще на Гавайях решили, какую версию событий можно выдать детям, когда те подрастут.

Дан сказал, что прислали фото, из которых он решил, что Дана его разлюбила и полюбила другого мужчину.

— А почему ты у нее не спросил? — с обезоруживающей непосредственностью спросила Настя. — Она бы тебе сказал, что это неправда.

— Потому что я был упрямый и самовлюбленный идиот, — ответил Дан. — Вы меня понимаете?

Никита с Настей закивали очень старательно, что у Данки выступили слезы, так ей стало их жаль. Конечно, они не поняли, они бы точно прибежали и спросили. Дети на некоторое время притихли, Даниял смотрел на них с ожиданием, с силой закусив губу. А потом достал из-под футболки цепочку с кулоном. Самый обычный в виде монетки.

— Это колечко, которое я подарил маме и которое она мне передала, когда уезжала. Оно погнулось после аварии, и я переплавил его на кулон.

Они договорились не говорить о том, что авария была намеренной, возможно потом Даниял захочет рассказать уже повзрослевшим детям, но пока они такие маленькие, этого делать явно не стоило.

Данка не выдержала, обвила руками шею Данияла и прижалась со спины. Это послужило знаком, дети тут же последовали ее примеру и повисли на отце. Так что право родителей на совместную, закрывающуюся на замок спальню было отвоевано Даном с честью и отвагой."

"Даниял держал слово, общение с его родней было ограничено исключительно желанием Данки.