Больше не обмолвившись с Иркой ни словом. Взвалил Левку на плечи и понес. Через парк, вверх по ступенькам. Проводил до квартиры и ушел. А уже дома набрал Бэллу, которой за последний месяц звонил больше раз, чем за весь предыдущий год.

– Привет. Я хочу девочку.

– Привет. Без проблем. Я пришлю фото свободных.

– Ты не поняла. Я хочу ту девочку. Как ее? Дарину? – сделал вид, что не помнит. Хотя, если уж говорить откровенно, это имя он как раз и не мог забыть.

– Ах, ту… – усмехнулась Бэлла. – Ну, если ту, то, боюсь, я тебе не помощник.

– В каком смысле?

– В прямом. У нас была разовая сделка, помнишь?

– Даю такую же сумму, что и в прошлый раз.

Найди ее.

Мурадов сбросил вызов в полной уверенности, что ему перезвонят. Если не прямо сейчас, то, по крайней мере, через несколько минут. Но наступила ночь, а Бэлла так и не соизволила его набрать. Это взбесило гораздо больше, чем он мог ожидать.

Родион лег на кровать и, уставившись в потолок, поднес трубку к уху.

– Ты не забыла, что я жду?

– Я – нет. А вот ты, по-моему, кое-то забыл, Мурадов. Например, правила приличия. Вот скажи, какого хрена, а? Что тебя навело на мысли, что ты можешь со мной разговаривать в таком тоне?"

"Родион стиснул челюсти.

Сделал глубокий вдох, с трудом удерживая в себе слова, о которых наверняка пожалеет.

– Извини. Просто… Ладно, черт с ним. Спиши мою грубость на недотрах, окей? – решил отшутиться.

– Мой тебе совет – если он так паршиво на тебя действует, не доводи до греха.

– До него бы и не дошло, если бы ты ответила, как там девочка?

– Девочка не заинтересована. Совсем.

– То есть как это? – опешил Мурадов.

– Вот так. Я же тебя сразу предупредила. Шанель нужна была конкретная сумма.

Она ее получила. И обрубила все концы.

– Ты сама-то веришь в эту херню?

– Дело не в том, во что я верю.

–  Просто узнай ее цену.

Родион и себе бы вряд ли ответил, какого черта он так уперся. Ну, девочка и девочка. Таких миллион. Трахай любую. Но он хотел конкретно эту. А еще больше – найти подтверждение своим убеждениям в том, что все в этой жизни покупается и продается.

– Я узнавала. Она – ни в какую.

– Увеличивай сумму. Каждый день на тысячу долларов, – жестко отрезал Мурадов и приготовился ждать. Недолго. Максимум пару дней.

Но прошла еще неделя, а девчонка не соглашалась. Каждый день он слал Бэлле короткое сообщение. С одним единственным в нем знаком вопроса. И каждый день она отвечала: «Семь тысяч – нет, восемь, десять, пятнадцать»…

Это превратилось в азартную игру, которая захватила так, что здравый смысл отказал напрочь. Мурадов повышал и повышал ставки. Каждый раз надеясь сорвать джек-пот. Его не смущало даже то, что сумма на кону давно уже вышла за пределы разумного. Деньги в этом случае роли не играли. Важен был принцип. И интерес.