– Нет, я не ударялась головой, Ник. У меня нет сотрясения, если ты думаешь об этом. Говорю же это стресс. Я… никогда… ни разу не переживала так, как сегодня. Я никогда так не плакала, не могла прекратить это делать, – признаюсь и вздыхаю, концентрируя зрение на его обеспокоенном лице.

– Прости, всё вышло из-под контроля. Я вышел из-под контроля… не знаю, как так получилось. Для меня прошлое оказалось болезненней, чем я бы хотел. И мать вела себя неподобающе, – говорит он, притягивая меня к своей груди, укладывая на неё.

– Спасибо, что рассказал. Хоть и таким способом, но всё же спасибо, – шепчу, удобнее устраиваясь на нём.

– Знаешь, почему я не хочу, чтобы ты знала об этом? – Он кривит лицо, словно пытается перебороть что-то внутри, и я слышу его шумное дыхание.

– Потому что вот к чему это может привести. Потому что я…я не хочу терять тебя. Хочу танцевать с тобой, да, танцевать. Хочу жить. Хочу, наконец-то, проснуться и увидеть мир твоими глазами. Хочу так же, как и моя мать, найти того человека, который поможет мне забыть прошлое, который поймёт меня и примет. Я не могу туда ездить, эта идеализированная канадская семья меня раздражает пластиковым счастьем. А я хочу реальности. Понимаешь? – Он крепко держит меня за плечи.

Перевариваю его слова, сказанные с такой страстью и болью одновременно. Вижу его. Снова только его. Нет, я не влюблена в него. Я имела глупость полюбить. Сотворила то, во что никогда не верила. И сейчас с каждым замедляющимся ударом сердца понимаю, что на самом деле чувствую к нему. Позволила себе любовь к монстру, которого осуждала. Лицемерка, но готова это признать.

– Я знаю, что это будет недолго. Это неважно, но попытаться сделать это время для нас лучшим я хочу. Знаешь, что мы сделаем, когда приедем домой? – Спрашивает он, качаю головой, всё ещё находясь в оцепенении от его слов. Это не похоже на него. Но мне нравится.

– Мы с тобой обсудим наши отношения за ужином. Пока тайные, но отношения. Согласна? – Он приподнимает моё лицо двумя пальцами. Улыбаюсь, готовая снова расплакаться от счастья. От этого контрольного шага навстречу ко мне.

– Согласна, Ник. Но только после того, как посмотрят твою руку, – ставлю условие, а он приподнимает уголок губ.

– Вот теперь я верю, что ты пришла в себя, – быстро целует меня в нос, и моё сердце издаёт щелчок, который, мне кажется, может услышать и он.

– Сделай это ещё раз, – прошу полушёпотом.

– Конечно. С удовольствием, – отвечает он.

Ник медленнее опускается к моему лицу и оставляет поцелуй на кончике носа, затем на щеке. Его губы, словно лепестки роз, ласкают своим бархатом меня, что я от наслаждения закрываю глаза."

"Я люблю его, теперь в этом уверена точно.