– А куда ты хочешь полететь?

– В Париж, – сказала она, широко раскрыв глаза.

– Я отвезу тебя в Париж. Эйфелева башня и впрямь прекрасна…

– В Диснейленд, мне нет никакого дела до Эйфелевой башни, – прервала она меня, и мое лицо в тот момент, наверное, было еще той картиной.

– А, ну… Ладно, хорошо…

– Всегда мечтала побывать в Диснейленде, но в Америке очень дорого, а как только узнала, что там есть еще один, поменьше!..

Трындец.

– Посмотрим.

Ее улыбка застыла.

– Ты сказал, что отвезешь меня, когда захочу, – сказала она, раздосадованно скрестив руки.

Что за жизнь… и как только я докатился до того, чтобы дать обещание поехать в Диснейленд с одиннадцатилетней девчонкой?

– И когда бы ты хотела туда поехать?

– На мой день рождения? – Лилия снова улыбнулась.

До меня только дошло, что я понятия не имел, когда у нее день рождения. Нужно будет глянуть в документах, которые мне вручили в больнице, когда мне трижды подтвердили, что тесты на отцовство оказались положительными.

– Значит, на твой день рождения, – в конце концов мне пришлось согласиться.

Лилия была счастлива как никогда, на самом деле каждый раз, когда мы встречались, что вообще-то случалось редко, она всегда была молчаливой и замкнутой.

Меня радовало то, что на этот раз именно я был причиной того, что она радовалась.

Мы приехали домой, и я помог Лилии отнести вещи в ее комнату.

– Распакуй чемодан, Ханна приготовит тебе что-нибудь на ужин.

– Ты всегда ужинаешь один? – поинтересовалась девочка, и я понял, что, возможно, был не таким уж и хорошим отцом, когда каждый раз оставлял ее одну, когда мы были дома.

В тот вечер я пересилил себя и поужинал вместе с ней на кухне. Сидел и слушал, как она рассказывала мне о своей жизни до того, как приехала сюда.

Лилия дважды упомянула свою маму, и ее глаза были на мокром месте, поэтому ей пришлось остановиться, чтобы высморкаться.

Я проявил терпение и открыл для себя то, что Лилия очень милая девочка с огромной жизненной энергией. Как только она доверилась мне, ее было невозможно заставить замолчать. В какой-то момент Ханна посмотрела на меня с кухонного островка с веселой улыбкой, и я ответил ей тем же, заодно жестом показав ей, что уже был без сил, хотя в целом мне понравилось для разнообразия ужинать не в одиночку, как заметила Лилия.

В понедельник утром отвез ее в школу и еще раз убедился, что она относилась к типу людей, которые болтают без умолку, чтобы поддержать разговор, и неважно, важная это информация или нет.

Когда она вышла из машины и наступила тишина, я глубоко вздохнул и направился в офис. Становилось все холоднее и холоднее, и это сразу заставило меня подумать о Никки. На моем лице тут же неосознанно появилась улыбка при воспоминании о том, как она разоделась для завтрака.