Другой вопрос, что попытки удержать своё творение от распада под воздействием огня Великого князя, стоили мне немалой части резерва. Как я это понял? Так глухой голос где-то в подсознании пророкотал:

«Отпей из яйца»

«Не буду!» — огрызнулся я.

«Отпей, тебе понравится!» — продолжала соблазнять эта сволочь.

«Отстань!»

Твою мать! Еще не хватало выпить имперский артефакт! За это меня точно по головке не погладят. Нужно было срочно уносить ноги. Ибо если так продолжится и дальше, мы с Юмэ рухнем где-то над лесом просто от того, что химера под нами рассеется из-за опустошения моего резерва. Резерв магистра не так велик, как хотелось бы.

Юмэ переводила ошарашенный взгляд с клетки на меня, не понимая, как я мог себе позволить такое обращение с носителями императорской крови. Видимо, это никак не входило в её картину мира и взаимодействия с императорской семьёй какой бы то ни было. Вспомнилось, что японцы — чересчур ценят традиции и церемониал. А потому в жизни бы не позволили ничего подобного в отношении императорского рода.

Следование этикету оставил на потом, сейчас же меня интересовал только один вопрос.

— Ваше Императорское Высочество, а каким образом вы вдруг оказались в глуши за пределами столицы, да ещё и в такой близости от яйца, случайно выпавшего из дирижабля японского посольства? Что-то мне подсказывает, что родовая реликвия Пожарских не могла так просто оказаться на борту у японцев. Ей кто-то должен был помочь. А у нас военное положение, если вы не знали. В такое время любое взаимодействие со страной-агрессором может считаться подозрением на предательство.

— Кто бы говорил? Ты-то как на борту оказался? Это ли не взаимодействие со страной-агрессором? Как думаешь, кому поверят: Великому князю или мальчишке? Так что возвращай артефакт, а я так и быть умолчу, что видел тебя здесь с одной японской подданной в обнимку!

— А вы стрелки-то не переводите! — хмыкнул я.— Это не у меня клюв в пушку. За свои контакты я отвечу. А вам артефакта не видать. Я его лично передам Его Императорскому Высочеству Андрею Алексеевичу, а дальше пусть он решает, правильно я сделал или неправильно, обидел я своими действия августейшую фамилию, или же просто перестраховался при имеющихся у меня данных.

Великий князь снова принялся прожигать собственную клетку, так что мне пришлось активизироваться. Кроме того, по связи несколько химер передали мне о приближении японцев. Было их не так много, выжили лишь самые сильные маги, кое-кто из воздушников смог помог слевитировать выпрыгнувшим из дирижабля бойцам. Таковых набралось порядка полутора десятка человек. Мне в одиночку выстоять против них было практически нереально, а потому я махнул Юмэ, чтобы она забиралась на химеру, и мы поднялись в воздух.