Но для «типа боевого мага» в тридцать восемь лет это просто смешно. Но хрен с ним, как подсобный работник пойдет: будет в гробах косточки перекладывать. Шутка, если что. Я вообще их всех троих рассматривал как подсобных работников. Это Ирина Львовна предполагала, что они могут стать нашей защитой, если появится какая-то угроза. И поэтому, когда графиня в некотором разочаровании хотела направиться в другую охранную контору, я сказал ей:

— Не надо. Остановимся на том, что есть. Занятные хмыри — вполне сойдут.

По пути мы заехали в пару лавок, прикупили лопаты, два ломика, крепкий топор и кое-какой инструмент для взлома. Теперь вовсе похожие на бригаду гробокопателей двинули в сторону Дубков. Карета у нас была лошадная на шесть мест с разделенной пополам кабиной, поэтому мы с Ириной относительной отделенностью от трех не во всем приятных мужиков. Я гладил графине ножку, задирая юбочку все выше. Когда добрался до мокренького и раздразнил ее до томных вздохов, то с полной галантностью предложил Ирочке взять в рот, но она начала ломаться:

— Ну Саш, давай потом… Пожалуйста.

Я же не деспот. Потом, так потом. За ее строптивость, мои шаловливые пальчики довели графиню до оргазма. Она выгнулась, строптиво взбрыкнула, ударяя ножками в перегородку, и страшно вскрикнула, испугав телохранителей. Обожаю, когда женщины кричат. Один из «муромцев», который Илья, даже открыл окошко в нашу секцию кареты и поинтересовался все ли у нас в порядке. Я ответил:

— Да, все лучше лучшего. Графине мышка померещилась.

Когда окошко закрылось, Ирина Львовна смеялась, прижавшись ко мне. Люблю ее! С ней тоже весело, почти как с Наташей.

Все-таки правильно, что мы заказали лошадную карету. Если мы застрянем в Дубках больше, чем на день, кристалл может разрядиться, и потом как? Толкать что ли колёсницу вручную? А лошади, травки пощипали — ее вокруг бесконечные луга — и дальше радостно понесли. Довезли нас до Дубков немногим позже полудня. Сам склеп находился примерно в версте от небольшой деревни, сразу за брошенными конюшнями. И вот дальше у нас начались приключения. При чем моя интуиция об этом предупредила. Уже отходя от кареты, я чувствовал тревогу. Этакую слабенькую, но неприятно цепляющую нервы."

"Дорога к старому кладбищу оказалась размыта, и нам пришлось оставить транспорт на обочине, дальше двинуть пешком. Здесь я очередной раз осознал: Ирина Львовна не только хорошо трахается, но вдобавок она — умная, прагматичная женщина. Если бы я поехал один, я бы не нашел это место сразу — пришлось бы обращаться к деревенским. И вряд ли бы им понравился интерес чужака к родовой усыпальнице Трубецких, чье поместье, кстати белело недалеко от дороги на холме.