Интересно, у суслика есть плавки? Может не так плохо, что меня завалила в подворотне гопота? Граф Сашка, не будь капризным, ведь все реально нормально: охренительный дом, слуги, есть бабки и море рядом. Чего тебе еще угодно? Переделать суслика в реального пацана? Так надо лишь поработать над этим. Отвернулся от двери и взгляд упал на тумбочку с портретом Наташи. Хороша, сучка! Волосы рыже-золотые, личико милое. Засадить бы тебе поглубже! Так, стоп! Она твоя сестра! Такое мог думать только тот безвременно почивший дрочер. Все, улетел он к Перуну. Бухает там, наверное, с ним за одним столом. Или в аду говно адских псов разгребает. Впрочем, я не знаю как в этом мире устроена загробная жизнь. Но точно знаю, что я — не тот сусел, и я это докажу моей новой семье и всем, кто станет поперек дороги рода Разумовских.

Прежде чем выйти из спальни, я лег на ковер и отжался от пола. Вышло с большим напрягом полтора раза. М-да, тушка явно не тяготеет к спортивным рекордам. Будем исправлять.

Вернулся к столу, чтобы взять очки и подумал: «А какого хрена? Итак, вижу сносно. Неидеально, но лбом в стену угодить не должен. Хотя… Не буду шокировать народ своими превращениями. Пока очки пусть будут». Небрежно нацепил их на нос и пошел прочь из спальни.

Спустившись с лестницы, повернул в другую сторону — в ту часть дома, где еще не был. Первым кто мне попался, оказался дворецкий — тот самый старичок с короткой бородкой, образ которого мне являл Весериус. Старичка, кажется, величали Никифор Тимофеевич и я решил проверить как влияет на него мой отрицательный шарм. Еще шагов на десять я заулыбался и спросил:

— Как здоровье, Никифор Тимофеевич?

— А? — он застыл, таращась слезливыми глазами на меня.

— Здоровьице как? Не болеете? — снова выразил я заботу.

— Что вы, барин! Все хорошо у меня, — заверил он, пятясь к двери. — Поясница болит, но это у кого ж она не болит сейчас. Вы то сам как? Слышал грибами отравились?

— Было по мелочи. Уверяю, больше такого не повторится, — я дружелюбно улыбнулся и пошел дальше. Было искушение испытать «Объект-инфо» на нем, но дворецкий как-то неожиданно скрылся за соседней дверью.

Коридор выводил в столовую и здесь никого не было. Длинный стол, накрытый бежевой скатертью, диван в дальнем углу рядом с мраморной статуей в античном стиле. И еще высокий камин. Интересно, зачем в Анталии камин? Здесь тоже бывает холодно? Впрочем, какой глупый вопрос на фоне тех, которые вертелись в голове с момента моей досрочной кончины и нового, так сказать, рождения. Я направился обратно, миновал широкую лестницу наверх и вошел в гостиную.

На диване, том самом, котором помер я… Нет, не так, на том диване, котором суслик склеил ласты и уступил место мне, сидела Ирина Львовна. Сидела вполоборота к окну и читала книгу.