— Но…

— Глупости! — вцепляется в бретельку моей маечки и, с рычанием натягивает е""e. — Тебе некому хранить верность.

— Я же… А вдруг мы как-то навредим «ему»? — снова пытаюсь я, но он прикусывает меня между лопатками, попадая в какую-то очень чувствительную точку. — Ай… Ай… Ай!

Пищу от прошивающего насквозь ощущения, забывая, о чем мы говорим.

Обессиленно утыкаюсь лицом вниз. Хочется закрыть глаза и позволить ему делать со мной это вс""e. Боги! Но ему не требуется моих разрешений. Отпуская меня, сдергивает одеяло. Воспользовавшись мгновением свободы, соскакиваю с кровати.

Пятюсь под его хищным взглядом, ощупывающим не менее чувствительно, чем руки. От того как он смотрит на меня, и как жадно дышит, я вдруг снова вспоминаю, что я — привлекательна.

— Дэм, дай нам немного времени, пожалуйста, — умоляю я.

— Зачем оно нам?

— Мне! — поправляюсь я.

Сбегаю в душ, не дожидаясь ответа. Но, по привычке, не запираю дверь.

Что делать? Сдаваться?

Заходит следом. Открывает шкафчик."

"— Я возьму? — взмахивает новой зубной щеткой.

— Конечно.

Распаковывает. Мои глаза следят за тем, как перекатываются мышцы на его плечах. Опускаюсь взглядом вдоль его выраженного позвоночника на неровную линию боксеров. И через отражение в зеркале, вижу, что он хочет меня. Ловит мой взгляд своим горячим.

— Эм… Я хочу в душ, — неловко мнусь я, опомнившись.

— Иди.

— При тебе?!

— Смотреть тоже нельзя? — поднимает бровь, выдавливая пасту на щетку. — Это точно никак не навредит «ему», — дергается в улыбке уголок его губ.

Наблюдаю, как чистит зубы, поглядывая на меня в зеркало. До меня медленно доходит. В смысле — смотреть?… Как я моюсь — смотреть?! Оглядываюсь на прозрачное стекло душевой.

Сплевывает пасту, умывая лицо. И это, наверное, странно, но у меня ощущение, что я никогда не жила с мужчиной. Родион был какой-то эфемерный. Я делала все, чтобы не замечать его, не пересекаться, не касаться, не смотреть… Он постоянно зависал в телефоне, компе или уезжал куда-то. Не присутствовал. С Демидом такое не пройдет! Он такой… реальный! Ощутим и неотвратим настолько, что мне кажется, я снова невинна и у меня ничего никогда не было с мужчиной. Ну а что у меня было? Эти нелепые неприятные движения ночью — закрыть глаза и потерпеть минут семь? Уж точно не позирование голой в душе!

— Ты меня ждешь? — улыбаясь провоцирует он.

Открываю рот и… захлопываю, не находя, что возразить. Подхватывая мою руку, целует пальцы, глядя в глаза. В них — восхищение.

— Хочу посмотреть на самую красивую из женщин.

Опускаю взгляд. Получаю несколько поощрительных поцелуев в шею. Или — нет. Успокаивающих.

— Вс""e хорошо… Хочешь, я с тобой?

«Позволь ему!» — стучит кровь в моем горле. Пусть! Ты же хочешь этих рук!

Пытаюсь представить его «в процессе».