Хаджар, внезапно, понял, что после того как проход в Пустоши открыли всем ученикам необъятной Империи, то положение в регионе сильно изменилось.

Одиночки еще могли пройти незамеченными, но и сами по себе они мало что могли сделать. Даже те же Диносы, Марнил или Хаджар с Эйненом. Разбей их по одному и вероятность встречи с праотцами возросла бы до небес.

Пустоши уже не были теми, что пару месяцев назад.

Карта и Ключ кардинально изменили регион. И не в более безопасную сторону.

Нахождение же в составе крупного отряда имело как свои плюсы, так и минусы. И, на другой чаше весов по отношению к плюсам, лежал такой минус – как незаметность.

А еще то, что если бы они просто обогнули отряд, о котором говорил Бурмир, то те бы банально ударили в спину.

– Битва может привлечь другие отряда, – заметила Тейя.

– Мы уже восстановились после битвы за Ключ, – парировал Гэлхад.

– Может вы, великаны Вечной Горы, и восстановились, но другим нужно больше времени.

Геран поддержали дружным гомоном. Бойцы Вечной Горы славились не только невероятным запасом энергии в Ядре, но еще и тем, что они с легкостью могли его восстанавливать.

Неудивительно, что армия с радостью принимала в свои ряды любого, кто носил эмблему дома Вечной Горы. Один такой воин на войне стоил десятерых.

– У вас было достаточно времени, Геран, – подал голос Проксимо. – Тебе следовало заниматься ночью медитациями, а не ублажать простолюдина.

Тейя хлопнула ладонью по столу и поднялась на ноги. Следом за ней поднялись и воины клана Геран.

– Еще одно слово, баронский сын, – Тейя произнесла это как какое-то ругательство. – И твои земли утонут в крови твоей же семьи.

Проксимо немедленно схватился за копье.

– Думаешь лучше меня, да? Лучше, если принадлежишь к нищему клану? Я слышал, каким образом ваша глава восстанавливала казну клана. Сколько мужей она сменила? Восемь? Десять? Спешу напомнить, Тейя, все они были из богатых дворян и…

– Закрой рот, Проксимо!

Что удивительно, сотрясший шатер рев принадлежал не Тейе или кому-то другому из Геран, а Гэлхаду.

– Я не потерплю, чтобы в моем присутствии, дворянин неуважительно относился к древнему клану аристократии! – глаза великана пылали воинственным пламенем.

Проксимо поняв, что позволил себе лишнего, сдержано поклонился сперва Гэлхаду, а затем Тейе. Только во второй раз он не спрятал взгляд, а смотрел строго в глаза Геран.

Такое, если знать этикет, считалось открытым вызовом.

– Приношу свои извинения дому Геран.

Хаджар, да и все присутствующие понимали, что принятие таких извинений даже хуже, чем отсутствие последних. Если бы Проксимо позволил бы себе подобное по отношение к тем же Диносам или Марнил, то он бы уже знакомился с праотцами.