– Маленькая грязная сучка, которая захлебнется от криков, когда я начну трахать по-настоящему.

- Нет!

Залепляю ему пощечину, врезаю по щетинистой щеке настолько сильно, что мою ладонь жжет, опаляет болью.

- Я не грязная и не…

Захар перехватывает мое запястье зубами. Абсолютно звериным жестом. Двигается так, точно набрасывается на жертву.

Я застываю. Понимаю, что он может легко и просто перегрызть мою руку. Или глотку. Прямо сейчас. Да парень и позвоночник спокойно перекусит. Создается впечатление, будто он давно жаждет меня сожрать.

По телу пробегают волны колючей дрожи.

Я не могу понять. Не могу объяснить. Ничего не могу, если честно.

Судорожно дергаюсь. Трепыхаюсь в железной хватке. Отчаянно вырываюсь и бормочу какие-то бессвязные фразы.

Захар кусает меня. Безжалостно впивается в кожу, а потом слизывает проступившую кровь, жадно собирает губами."

"Зверь. Обезумевший. Яростный. Дорвавшийся до куска свежего мяса. Он не отпустит меня живой. Разрушит. Уничтожит. Выпотрошит, когда наскучит развлекаться, когда вдоволь позабавится.

- Грязная, - говорит парень, резко подаваясь вперед, грубо двигает бедрами, жестче вбивает меня в стену. – Ты вся растекаешься на моем члене. Такая мокрая. Горячая. Отличная шлюха из тебя получается.

Он не проникает вглубь, не врывается в мое тело своим ужасающим органом. Только показывает, как легко скользит раздутая от возбуждения плоть по моим влажным складкам.

Захар прав. Черт возьми, этот проклятый ублюдок прав. Я мокрая, причем совсем не от воды. В чем еще он прав? Я шлюха?

Меня передергивает.

- Ты мой первый и единственный парень, - бросаю с горечью. – Ты не можешь так со мной обращаться. Я не… Да сам ты грязный! Ясно? Грязный ублюдок, который судит всех по себе. Больной подонок. Если бы не ты, я бы и сейчас была девственницей. Я ничего такого не хотела и не просила. Ты сам взял. Заставил!

Глава 20

Он ухмыляется. Просто ухмыляется, ни единого слова не произносит. Но все мои фразы замерзают глубоко в горле, забиваются в груди.

- Заставил захотеть? – его вкрадчивый вопрос как удар по лицу.

- Д-да.

Говорю это и понимаю, что у меня зуб на зуб не попадает. Чужой жар больше не согревает. Ныряю под лед.

- Первый и единственный, - хрипло произносит Захар. – Здесь ты угадала. Никто другой тебя не тронет. И да, я грязный и больной, даже представить не можешь насколько мой мозг извращен.

- Пусти, - всхлипываю, лихорадочно извиваюсь. – Пусти меня.

Его пальцы сильнее сдавливают тело. Болезненная ласка, подавляющая и удушающая, напрочь перекрывающая кислород.

Огромный член кажется каменным.