— Мне на эту предательницу наплевать! — задирает она нос так высоко, что еще немного — и коснется потолка, а я пожимаю плечами, когда она выходит, начиная верещать кому-то по телефону.

Не то чтобы я ждал, что Надя знает. Думаю, если Диана действительно хотела исчезнуть, она бы никому не сказала, куда отправляется. Может быть, Алена и знает, но молчит как партизан. Я наконец разжимаю кулак, чувствуя, что рука онемела, и достаю коробочку, рассматриваю кольцо, надеясь, что этот зеленый камушек напомнит Алене мой глупый подарок в виде пробки, который я дарил в самом начале наших непростых отношений. Она должна понять, что больше не является для меня только сексуальным объектом, на котором я регулярно тренировал фантазию."

"Отправляюсь домой в приподнятом настроении, даже не особо расстраиваясь из-за пробок. Не забываю заехать за вином и, недолго думая, покупаю еще одну пачку памперсов. Симпатичная девушка за кассой рассматривает меня с открытой улыбкой. Причем думаю, памперсы в руке дают мне больше балов, чем подкачанное тело и ухоженный вид.

— Если что, — говорит она, когда пробивает покупки, — я работаю до восьми.

Еле сдерживаю смех и киваю.

— Хорошего вечера.

Паркуюсь возле дома еще через десять минут и, посвистывая, здороваюсь с консьержкой Людмилой. Приятная женщина. Поднимаюсь на лифте на наш пятнадцатый этаж и вставляю ключи в дверной замок. А на пороге замираю, как под взглядом медузы Горгоны, потому что из гостиной доносятся отчаянные рыдания.

Глава 58. Никита

Да простит меня Алена, но бегу я сразу в детскую, и меня накрывает скользкий страх, потому что люлька, где пацан любил бултыхать ногами и беззубо улыбаться, пуста. Я мчусь на кухню, застаю Алену на полу и сразу начинаю трясти ее, не понимая, почему при опасности, любой опасности она сразу не позвонила мне, почему не боролась за нашего ребенка.

— Алена! Твою мать, прекрати рыдать и скажи, где Лев?!

Мантра «Лев» срабатывает, и она, шмыгнув последний раз, моргает пару раз и смотрит непонимающе.

— А что за паника? Ты чего такой взъерошенный? Купил вина?

Меня как обухом по голове.

— Ты больная? Где сын, говорю! Какое вино?!

— Так Мелисса забрала на день. Завтра поедем к ним, у твоего отца день рождение, если ты забыл.

Она говорит так четко, так разумно, как будто не ревела на разрыв мгновение назад. Сажусь на задницу и встряхиваю головой. Вообще ничего не понимаю. Тру лицо и сдерживаю желание снова трясти будущую жену, требуя ответа, что за выверты в конце дня.

— Ты пила?

— Еще нет, а что?

— Так какого хрена ты тут ревела как белуга?! Я что, по-твоему, должен был подумать!

— Ну точно не то, что я сижу и реву по нашему сыну, а не бегу его искать.