Руслан смотрит прямо на меня, но мне настолько плохо, что его слова с трудом доходят до моего затуманенного мозга.

– Эй, ты меня слышишь? Аля!

Он перехватывает меня за предплечье, не сильно вроде, лишь бы я очнулась, но я только пугаюсь этого, и начинаю отчаянно вырываться из его захвата.

– Не трогайте, не прикасайтесь…

– Как давно это с твоими руками, после чего?

Голос грубый и хриплый, а взгляд – дикий. Усмехаюсь про себя. Никому не нужна сломанная игрушка, и ему тоже.

– С пятницы. Я мыла ковры в зале, а перчаток не было. Я сама справлюсь, я сильная…

– Блядь, Аля, два дня уже прошло! Чего никому не сказала, глупая? Дверь же открыта была.

Усмехаюсь через боль. Что бы это изменило.

– Зачем? Вы же и так хотите моей смерти. Я знаю, знаю…

Начинаю хрипеть, спазмы в горле не дают сделать нормального вдоха.

– Мне больно, очень. И дышать, мне трудно дышать…

Кажется, я отвечаю из последних сил, прежде чем, наконец, провалиться в сладостную темноту.

Глава 8

Среди всего того дерьма и беспредела, с которым мне приходилось сталкиваться, последний месяц выдался особенно хреновым. Я похоронил своих лучших людей, и стал уже постоянным посетителем салона ритуальных услуг. Мои приемы превратились в поминки, а главным развлечением стало посещение кладбищ. Последней каплей стала пропажа младшего брата. Его тела нигде не было, и я тайно холил надежду, что он все-таки жив.

Ситуация в городе накалялась, и с каждым днем становилась все более опасной. Мои конкуренты ненавидели меня и мечтали сдвинуть с места, прибрать все к рукам, вот только не того нарвались. Словно поганые гиены, они пытались укусить меня, выглядывая из тени, и не показывая своих лиц, но я усиленно работал над тем, чтобы найти и уничтожить их всех.

Я хоронил своих парней, стоя под проливным осенним дождем, насквозь промокший. Черная рыхлая земля грузно падала на их гробы. Мы прошли с ними не один тяжелый год, это братья мои были, пусть не по крови, но по духу."

"Каждый бы жизнь за меня отдал, но теперь уже и не придется. Их бездыханные тела молчаливо лежали в закрытых деревянных ящиках. Младшему было, кажется, только двадцать шесть лет. И не жил еще парень, а теперь будет червей кормить. У них не было шансов на жизнь. Кажется, они вовсе не ожидали подвоха, поэтому даже не успели достать оружие.

Наблюдая, как отчаянно воют за ними вдовы, поклялся отомстить. Я перерыл весь город в поисках источника, и все же нашел суку, которая сдала моих парней. Перепроверили несколько раз – все дороги вели к ней. Алиса Солнцева, 19 лет, официантка. Как она спелась с моим братом, ума не прилагал, но все факты были на лицо. Эта молодая сука позвонила тогда в полицию, и как на духу выложила точный адрес, где работали мои парни. Их расстреляли в упор, красиво и тихо, как безродных собак.