Пытаюсь вырвать руку из жесткого захвата, но это все равно, что с танком бороться. В голове набатом стучит страх и пульсирует адреналин. Судорожно ищу, чем можно защититься, но кроме чайника на кухне ничего на ум не приходит.

– Пустите, мне больно!

– Молчать. Я даю тебе только один шанс рассказать, где мой брат, и зачем ты сдала остальных, тварь.

Пытаюсь лихорадочно переварить сказанное. Брат, брат, какой брат? Осознание набатом бьет по голове. Боже, это все же случилось. Он нашел меня… Мой кошмар…он стал явью.

– Я ничего не знаю, правда. Отпустите меня!

– Не смей врать, сука! Я четверых парней сам закопал по твоей милости за последний месяц, а Арсена так и не нашли до сих пор. Говори, шалава, иначе я за себя не ручаюсь.

Его рука сжимается все сильнее, и кажется, я сейчас свалюсь от боли прямо тут, позорно распластавшись на полу.

– Пожалуйста, я не виновата ни в чем, я не знаю где Арсен! Я не хотела, не хотела! Ай, вы делаете мне больно!

Открываю рот в немом крике, когда мужчина, удерживая обе мои руки своей одной огромной лапой, вынимает нож из кармана. Он что-то нажимает, после чего появляется острое лезвие из рукояти. Оно ярко блестит на свету, красиво отдавая бликами, и я понимаю – этот зверь не шутит. Он готов на все.

Головорез медленно проводит ножом по моему плечу, опускаясь к ключице и груди. Острие лезвие внезапно поддевает тонкую петельку ночнушки, перерезая ее. Холмик моей высокой груди оголяется перед ним, и я резко дергаюсь, чтобы прикрыться, но мне никто не дает этого сделать.

Ловлю стальной взгляд черных глаз мужчины. Они пылают огнем ненависти ко мне, а еще…жадно сканируют мое тело. Не могу понять, нравиться ли ему то, что видит. Кажется, он готов меня растерзать прямо тут. Ни капли жалости или сострадания в нем нет. Для него я не человек, а лишь мошка, которую он запросто может раздавить ногой.

Низкий, ни с чем не сравнимый голос басит прямо передо мной, а я…стараюсь не отключиться от этого кошмара.

– Я даю тебе уникальное право выбора. Сдохнуть по-тихому сейчас или до конца своих дней отрабатывать мне. Собственностью моей будешь. Без права голоса, выбора и желания."

"Молчу, дрожь не дает проронить и слова. Дыхание спирает, пытаюсь понять суть сказанного. Все словно заторможено, ненастоящее, другое. В конце-концов такого просто не может быть.

– Правильный выбор. Мучиться не придется.

Лезвие ножа больно упирается в мой правый бок, и я вскрикиваю от страха. Осознание всей серьезности ситуации, наконец, доходит до меня. Слезы застилают глаза, меня всю трясет от разгорающейся истерики.

– Нет, пожалуйста! Я жить хочу, жить!

– Ты сделала свой выбор. Днями будешь в клубе пахать, а ночами…в моей постели. А это, чтоб урок запомнила, и ни один мужик больше не повелся на твое смазливое лицо.