Природа наградила Елену притягательной внешностью: точеная фигурка, правильные миловидные черты лица, густые светлые волосы почти до поясницы (которые всегда оттеняла под платиновый блонд), и темно-синие, почти васильковые глаза. Да, она прекрасно понимала, какой эффект производит на противоположный пол. Однако предпочитала пользоваться своим «обезоруживающим преимуществом» крайне редко.

«Но сегодня, сам Бог велел!»

– Значит, прогонишь? – повторила, обиженно надув губы. – Да?

Сережа окончательно растерялся. Покраснел.

– Лен, я это…

– Какая жалость! – раздосадовано выдохнула, жестом призывая его к молчанию. – А мне так хотелось постоять рядом… с тобой!

– Слышь, Белова? – Романцева вновь напомнила о своем существовании. – Давай, ты своих одноклассников окучивать будешь? А от моих отстань!

– От всех, или конкретно от Трубникова?

Теперь уже покрылась багровыми пятнами Машка.

– Иди! – прокаркала она озлоблено. – Иначе, Ольгу Максимовну позову!

– Ой, какие мы грозные! Так бы и сказала, что просто ревнуешь! – гордо выпятив подбородок, Лена прошествовала следом за Ириной, которая уже всем своим видом демонстрировала нетерпение. – Расслабься, Манюня – не нужен он мне! Пока-пока, ребятушки!

С горем пополам, но до своего класса они все же добрались. Стараясь не привлекать лишнего внимания, осторожно втиснулись в средний ряд, вместо привычного первого, и тихонько со всеми поздоровались. Изначально показалось, что все обошлось, и их отсутствия никто не заметил. Да не тут-то было. Староста – Анька Боярская, сочувствующе покачала головой:

– Сорян, девчонки! Прикрыть вас не получилось, Ольга Максимовна в курсе вашего опоздания. И Мосолов по ходу…тоже."

"«Черт подери! – взревела мысленно. – Да что ж за день-то такой?»

Чувствуя себя премерзко, Лена с сожалением уставилась на подругу, которая по большому счету пострадала именно из-за нее. Беззвучно, одними губами произнесла «прости!», и вновь обратилась к Боярской:

– Что, и наказание уже озвучила?

– Ну, да!

– Какое?

– Обеим впаяла месячное дежурство, со всеми вытекающими, – едва слышно протараторила Аня. – О! Праздничные плакаты ко дню учителя в октябре, тоже с вас. Так что…готовьтесь к глобальному разносу.

– Зашибись! – раздосадовано топнула ногой, случайно угодив каблуком в ботинок стоящего позади одноклассника. Роман Чернев зашипел от боли:

– Белова, блин! Осторожнее!

– А ты не стой так близко! – возмутилась уже в голос, будучи не в силах сдержать эмоции. – Пригрелся он тут, ужиком! Отойди, пока не треснула!

И в тот же миг по средствам микрофона к ним в довольно строгой манере обратилась завуч школы – Мария Константиновна:

– Одиннадцатый «А», соблюдайте тишину!

Все шепотки внезапно смолкли. Правда, ненадолго.