Таким взглядом рассматривают надоевшую муху, прикидывая – прихлопнуть ее, или же хрен с ней, руки марать неохота. Сама улетит, если дунуть на нее посильнее. Ладно.

– У тебя мой нож, – сказал я.

– Допустим, – не стал спорить сталкер. – И?

– Вернуть бы надо.

– Ну, верни, – усмехнулся Винт. – Если получится.

– Условия?

Сталкер отклонился немного вбок, скользнул взглядом по краю моего рюкзака, висящего за спиной, вернулся в исходное положение. И усмехнулся вторично:

– По ходу, этот нож тебе очень дорог, если ты за ним так далеко забрался. Поэтому ставлю его против твоего рюкзака со всем содержимым и всего оружия, что есть при тебе.

Ну, как тебе такие условия?

Прямо скажем, условия были грабительские. Хотя, если б «Бритва» сохранила свои свойства, она бы сотню таких рюкзаков стоила, и целого арсенала стволов в придачу. А так – вполне нормальная цена за нож, который, возможно, когда-нибудь станет прежней «Бритвой». Может, парень этого и не знает, чисто на понт берет, но, так или иначе, цену моему ножу он обозначил вполне адекватную.

– Годится, – сказал я.

– Ну, если годится, пойдем пройдемся до арены, – сказал Винт, отодвигая табуретку.

 – У нас все такие вопросы там решаются.

– Ну, пойдем пройдемся, – сказал я.

Ничего не скажешь, цивилизованные люди. И разборки у них в строго определенном месте, и своя милиция даже имеется. Другие бы дали сзади табуреткой по затылку, отобрали всё и определили в рабы. Или убили на фиг, чтоб не надоедал. А эти вывалились толпой из бара и потащились вместе с нами к тому зданию, что я заприметил ранее, на ходу негромко переговариваясь на объяснимые темы «что это за тип», «откуда приперся» и «по ходу, ему сто пудов жить надоело».

Интересно, что ж у них тут за терминатор этот Винт, если все так уверены, что у меня против него нет ни единого шанса? С виду мужик как мужик, крепкий, конечно, но в то же время и не гора мышц с кошачьей пластикой. Ладно, увидим…

Внутри «арена» оказалась просто огромным помещением с широкими окнами и почему-то дырявым потолком, напоминающим дуршлаг. При этом было оно полностью пустым, если не считать длинных лавок вдоль стен, четырьмя рядами возвышающихся кверху. Ничего общего с той ареной, на которой я в свое время дрался с Секачом.

Никаких искусственно наваленных укрытий, просто пустое пространство, окруженное лавками. Понятно, что тут вряд ли стрелялись – самих зрителей посекло бы очередями. Значит…

– Значит, у нас тут правила простые, – сказал Винт. – Бьемся нож на нож, или кулак на кулак. Поскольку у тебя ко мне вопрос, я выбираю бой на ножах. Правил нет.

– Ну, нет так нет, – сказал я.

Пока зрители рассаживались, я снял рюкзак, положил его на ближайшую лавку. К ней же оба ствола прислонил.