А может, это было небо Зоны, внезапно ставшее ближе оттого, что я по какой-то причине вознесся к нему – и растворился в нем весь, без остатка, вместе с голосом, где-то вдалеке шепчущим что-то непонятное, и совершенно точно не нужное мне…

* * *Очнулся я от холода. Или от того, что мой желудок крутили неслабые спазмы. А, скорее, и от того, и от другого вместе. Зверски ломило суставы, казалось, промерзшие насквозь, и при этом казалось, что мои внутренности, словно мокрую тряпку, отжимает деловитая домохозяйка.

Я с невольным стоном перевернулся набок – и тут меня вырвало мерзкой желто-зеленой жижей с привкусом прокисшей ванили.

«Твою мать, – прошелестела в голове такая же, как я сам, полудохлая мысль. – Касси… яд зонной росянки… в воду подлила…»

Зонная росянка – хищное растение-мутант с длиннющими листьями, произрастающее на зараженных болотах Зоны отчуждения. На кончиках этих листьев – шипы с капельками сладко-ванильного наркотического яда, висящими на остриях. Жрет зонная росянка любую органику. Квазимуха ли прилетит на запах смертоносного нектара, болотные черви ли приползут полакомиться мясистыми побегами, ворона ли позарится на неестественно-блестящие капельки – тут их и захлестнут, завернут в себя, проколют шипами хищные листья.

"

"Говорят, где-то на севере Зоны нашли росянку с пятиметровыми листьями, в один из которых была завернута голова сталкера – вернее, то, что от нее осталось. Не иначе, собирал яд сталкерюга, да и не успел увернуться от стремительного удара хищного листа.

Дело в том, что яд зонной росянки – очень дорогой и сильный наркотик, вызывающий эйфорию, временное отупение и неистовое сексуальное желание.

Казалось бы, идеальная дурь, но, тем не менее, наркоши ее не жалуют. Уж больно тяжелый от нее отходняк, крутит так, что мама не горюй. А еще нередки случаи передоза. Хапнул чуток больше, буквально на миллиграмм – и всё, транзитом уехал в Край Вечной войны. И меньше дозы употреблять бессмысленно. Не вштырит, но отходняк все равно будет в полном объеме.

В общем, пытаться поймать кайф от этой местной экзотики занятие для экстремалов, кому своя жизнь ни капли не дорога.

И, по ходу, сегодня вечером я стал тем самым экстремалом. Расслабился от вида красивой сволочи, когда понял, что стрелять в меня она не собирается, – и получил свое в полном объеме.

И потерял тоже в полном…

Когда мое тело перестало сотрясаться в рвотных спазмах, я поднял чугунную голову и увидел то, что уже ожидал увидеть.

То есть, ничего.

Ни Касси возле потухшего костра, ни своего рюкзака, ни, разумеется, оружия.

Ни-че-го.