Что же ты видел в этом вагоне…

Я огляделся по сторонам, забежал в каждое купе – мальчишки с французским акцентом и здесь не было."

"– Вы слышали? – вдруг остановился спятивший парень у самой двери в тамбур.

– Да что ещё? – терял всякое спокойствие Трэвис.

– Звук сирен…

– Нет здесь никаких сирен, Юсуф, мы в чёртовом поезде, парень!

Взгляд Юсуфа стал опять отстранённым. Он неуклюже спотыкался о пороги трясущегося вагона и плёлся за мной.

– Там потолки и звуки сирен, – шептал обиженно парень, – там сирены скорых машин.

– Хорошо, как скажешь, – согласился с ним Трэвис.

Юсуф улыбнулся и замолчал.

Пройдя вагон Трэвиса и ресторан, мы, наконец, добрались до своего купе.

28

Полянский

Охранник так и остался лежать скрюченным на полу. Но и на это потребовалось время, немало времени, целых четыре минуты. Полянский выбежал из подъезда, пробежал мимо охраны на входе.

– Какие-то проблемы, сэр?

– Девушка! Куда она пошла?

– Не знаю, о ком вы…

– Я с ней приехал.

Охранник сделал вид, что не слышит его.

Решил поиграть в благородство, парень? – понял Полянский. – Ну ничего, без тебя разберусь.

Михаэль вышел за ворота. На улице её уже не было. Недалеко звук гудка тепловоза.

Вокзал! – понял он.

– Держите его! – из дома выбежали двое – скрюченный мужчина и консьержка с телефоном в руках. Охранник, что был у ворот, не успел сделать и шага, как затрясся и тут же упал. Полянский закрыл дипломат, заткнув электрошокер за пояс, и пошёл в сторону вокзальных дверей.

* * *Хосефа вбежала в здание вокзала.

Люди, много людей. Ей всегда было некомфортно в толпе, а сейчас ещё больше. Ей казалось, все на неё смотрели: и эта женщина в длинном пальто, и этот мужчина в сползшей набекрень панаме, и вся эта толпа окружила её, приближаясь всё ближе и ближе, сжимая её в узкий круг, круг позора, круг греха, круг расплаты.

– Убийца! – крикнула женщина.

И толпа зашипела ей в унисон.

– Убийца, – повторил мужчина.

– Убийца, убийца! – кричали все.

Хосефа схватилась за голову и упала на одну из скамеек.

«Убийца, убийца!» – эхом звенело в воспалённом мозгу. Она съёжилась, свернулась зародышем, стала меньше и ничтожнее всех, а они все возрастали, возвышаясь огромной тенью. Даже дети смеялись в толпе…

* * *Полянский прошёл к кассе вокзала, еле заметно оглядываясь по сторонам. Не было ничего необычного кого-то искать на вокзале, нужно лишь быть осторожнее вдвойне. Человек, рыщущий взглядом, всегда на виду у охраны. Полянский увидел охрану – двое стояли у входа, ещё один – возле ленты багажа. Никому не было до него дела.

Где же она… Где эта девчонка? Михаэль крутился на месте, задев пару людей.

– Прошу прощенья…

От него отошли.

Она точно должна быть здесь, эта девчонка, она и ехала в этот город, чтобы сбежать.