Бургомистр отдал команду бригадиру грузчиков и крановщику. Те зацепили раскуроченную кабину, подняли ее на борт грузовика. Из деревянного проема окна была отчетливо видна голова в шлемофоне. Биккель взобрался в кузов, посмотрел внутрь кабины. От тела летчика осталась только верхняя обгоревшая и рваная часть туловища с разбитой головой.

Майор спрыгнул вниз:

– Труп пилота – в кабине. Это освобождает нас от поисковых работ.

– Я предпочел бы поискать живого офицера.

– Унтер-офицер погиб, и это факт.

– Сколько ему было лет?

– Точно не знаю, около двадцати.

– Юнец совсем. И погиб не в бою.

– И в мирное время авиакатастрофы – не редкое явление. Служба в авиации всегда опасна.

– А какая не опасная? Моя? Вроде начальник, а малейшая оплошность – и гестапо отправит меня в свой подвал, а потом в лучшем случае – в концлагерь.

– По-моему вы недолюбливаете власть, хотя и являетесь ее представителем.

Земпер испугался, и это было заметно.

– Что вы? Я член НДСАП с 1938 года, я предан фюреру и Рейху.

– Тогда вам нечего опасаться. Я вам еще нужен?

– Нет. Если можно грузить обломки как обычный лом, бригада справится. Я сообщу вам, когда машина пойдет в Ольденхорст.

– Черт! Совсем забыл. Куда поместили пострадавших работников завода?

Земпер ответил:

– У нас одна городская больница, там же травмпункт и морг. Это по Афельштрассе.

– Афельштрассе? Там, где Управление гестапо?

– Да. Ближе к окраине. Увидите металлическую ограду и три двухэтажных корпуса. Главный врач больницы – доктор Дедрик Беренд. Скажете, от меня, он сделает все, что потребуется. Дорогу найдете?

– Да. Честь имею!

Биккель сел в свой служебный «Опель» и поехал на Афельштрассе. Миновал здание гестапо за железным забором, увидел территорию больницы.

Внутри, как и говорил бургомистр, были три двухэтажных корпуса, одно здание у тыловых ворот. Возможно, это был морг.

Центральные ворота были открыты, и Биккель свободно проехал на территорию. Остановился у ближайшего корпуса.

К нему вышла женщина в белом халате и белой шапочке с красным крестом.

– Извините, господин майор, но въезд на территорию запрещен.

– Только не для меня. – Он показал удостоверение.

– Вы по поводу крушения самолета? Какой ужас! Я видела облако дыма после взрыва.

– Где мне найти главного врача, фрау?

– Фройляйн!

– Извините – фройляйн.

– Он у себя.

– А где это «у себя»?

– Я волнуюсь, простите. Пойдемте, я провожу.

– Буду признателен.

Женщина провела майора в приемную, постучала в дверь.

– Войдите! – последовал ответ.

Медсестра вошла первой:

– Господин Беренд, к вам майор люфтваффе.

– Благодарю, Ирма, вы свободны.

Главный врач поднялся из-за стола, вышел навстречу офицеру.

– Майор Биккель, заместитель начальника штаба авиационного полка. Наш самолет разбился в Хенсдорфе.

– Сожалею.