Да только, уезжая, сказал, что обидели сильно души безвинные и, куда бы ни переехали, нигде не спрячутся виновные, но все искупит время.

Через некоторое время стала лекаркина дочь, которую звали Василика, появляться вблизи деревни. С кем-то заговорит, возле кого молча пройдет, да только у того, с кем заговорит, обязательно в семье кто-то помрет: или сам, с кем говорила она или кто из родни. А возле кого молча пройдет, то в семье у того обязательно кто-то ногу сломает или руку или еще что случится, но живы останутся.

Выслушав управляющего, все сидели молча.

В сердце Дарка тоже заполз холод, и по телу побежали мурашки. Он зачем-то сунул руку за пазуху и нащупал оберег, что дала Василика, и только коснулся его, как по телу разлилось успокоительное тепло, да еще словно кто-то прошептал ему на ухо:

– Ты и есть мое искупление, любимый!

И настолько все это было явно, что Дарк заозирался вокруг. Потом вытер выступивший на лбу пот и произнес:

– Да, Терен, нагнали вы страху, вот и думай теперь, что это было и что будет дальше, – так толком и не закончив есть, он встал.

– Мне надо выспаться, вы сами тут заканчивайте обед, а я пойду, глаза просто закрываются, – и Дарк пошел в свою комнату, где тут же завалился в кровать.

Спал без сновидений и проснулся в отличном настроении. По дороге в столовую ему почему-то подумалось: «Ну а чего тут удивительного? Василика ведь говорила, что я долго в себя приходил, а я дурак и не спросил, как это – долго. Вот, скорее всего, и валялся трое суток или около того, и никакой тут мистики нет. А как же то, что она сорок лет молодой остается? – вдруг мелькнуло у него в голове. – Ну не знаю, может, ничего и никого и не было? Так головой стукнуться, может, это бред навеянный? Ага, бред, и оберег, что она дала, – тоже бред?» – Дарк непроизвольно потянулся к оберегу, что дала Василика, и, коснувшись его, ощутил, как по телу разлилось тепло и спокойствие, мысли, тревожащие его, отступили, и он уже спокойно вошел в столовую.

"

"Во время ужина Терен доложил, что они нашли Сильвию Канн. Эту молодую женщину сбила повозка, и, падая, она поломала ногу в ступне да еще разбила голову о повозку, отчего потеряла сознание.

Так, без сознания, ее и привезли в богадельню при муниципалитете. Придя в себя ночью, она поначалу даже не поняла, где находится, а потом с ней случилась истерика. И только через некоторое время женщина попыталась достучаться до служителей, объясняя им, что в ночлежке находятся ее маленькие дети. Поначалу тем было просто не до нее, потом, еще через сутки, они послали кого-то из выздоравливающих, но тот или не пошел, а потом сказал, что никого не нашел, или детей уже выгнали, и те блукали по улицам.