Он по-настоящему был белый, здесь прекрасные дома, сложенные из белого камня, некоторые – отделанные белым или розовым мрамором, с резной отделкой фасадов – настоящее произведение искусства.

Наконец они подъехали к колизею, где должны были проходить игры. Их развели по комнатам, больше напоминающим узкие пеналы, и после пыльной и жаркой дороги дали напиться, и, казалось, забыли о их существовании. Вечером на ужин дали по куску мяса и по кружке вина.

Утром в комнату вошел Мелек, так звали кожаного, принес бронь, в которой должен был выступать Дарк. Кожаная юбка немного выше колена с нашитыми металлическими пластинами, кожаная курточка, прикрывающая только грудные мышцы, и тяжелый закрытый шлем.

Дарк посмотрел на шлем, покрутил его в руках, надел и спросил:

– А можно я его не буду надевать? Да и курточка только стесняет движения.

Мелек посмотрел на него и молча кивнул головой.

Тут прогудели фанфары, и всех позвали на арену. Началось представление команд. Сегодня должны были быть групповые схватки и после жеребьевки первыми должны были сражаться десяток Дарка и школа с севера эмирата. Перед выходом Дарк показывал жестами, что надо держаться только вместе, по возможности прикрывать товарища.

Открылась решетка, и закованные в железо воины стали выталкивать на арену гладиаторов. С противоположной стороны выходили их соперники.

Против Дарка выступал подвижный, как ртуть, боец с сетью и трезубцем. Пока еще все были в плотном строю, но вот то одна пара откололась, то другая. Дарк видел, что его противник вот-вот бросит сеть. Он напрягся и, увидев момент броска, бросился вперед, перекатом приблизился к противнику и ударил его по ногам мечом.

Тот заорал, так как Дарк перерубил ему кость. Тут же Дарк вскочил и, отразив удар меча с боку, добил свою первую жертву. А потом ударил сам того, чей удар отражал перед этим, глубоко располосовав бок еще одному. Резко оглянулся, увидел, что строй развалился и все схватились в индивидуальных схватках.

Преимущество было у их десятка. Он кинулся помогать тем, кто уступал своим противникам, и они довольно быстро закончили со своими противниками. С трибун раздались возгласы, крики, свист, он увидел, как одна миловидная, богато одетая девушка бросила на арену платок.

Подхватив его, он поцеловал пахнущий благовониями платочек и, прижав к сердцу, поклонился. Трибуны восторженно отозвались на его жест, а девушка улыбнулась и помахала ему рукой, когда он посмотрел на нее.

Следующую схватку они отдыхали, из их десятка лишь двое получили ранения: одному серьезно пробили бедро, а другой получил просто царапину, которую перевязали, и он сказал, что будет сражаться. Значит, теперь им придется сражаться вдевятером против десятка.