— Итак, 39 тысяч 455 рублей, это цена твоей жизни, — озвучил он цифру.

— Маловато, — обиделась я, — Я рассчитывала хотя бы на миллион.

— Это не реальная стоимость жизни, а то, как ты оцениваешь собственную жизнь, рискуя ею на перекрёстке, — Шумилов сложил руки с видом доказавшего теорему учёного.

— Иногда ты бываешь просто невыносимым, — добавила я, — Ч.т.д. («что и требовалось доказать», в точных науках).

После того, как уехал поэт, сюда заселилась семейная пара. Прибалты, рижане, насколько я помню. Супруг здесь работал, а жена увязалась за ним. Вероятно, боялась, что он променяет её на другую? Потом, когда она забеременела, они съехали.

Рожать на чужбине не стали, вернулись домой.

Какое-то время сдавала посуточно. Приезжавшим туристам. Но соседи от этого были не в восторге! Так что пришлось «завязать».

Зайдя в спальню, сажусь на постель. Полгода она пустовала. Никого не селила сюда. Прибралась, подготовила в дар своей собственной дочери. А теперь вот, подумала…"

"А не схожу ли с ума? Подарить ей квартиру, ту самую, где я спала с её папой. Пусть Майя не знает, откуда она появилась. Но я-то всё знаю! Как я смогу с этим жить?

Нет, уж! Лучше продать.

Зря Костик не дал мне сделать этого раньше. В связи с последними событиями, это особенно актуально. Избавиться от всего, что напоминает Никиту. Зачистить концы и жить дальше. А то в этих стенах ощущение такое, словно я всё это время хранила квартиру как память о нас, о былом…

Кто-то звонит в мою дверь. Я от неожиданности подскакиваю! Наверно, соседи? Пришли уточнить, «кто в теремочке живёт». Тут сбоку такая дотошная бабушка, глазок у которой всегда навострён. Наверное, видела, как я отпираю замок? Испугалась!

Выдыхаю, поправив одежду, иду открывать.

Моя дверь без глазка. Но на ней по старинке есть щёлочка, куда раньше бросали письма. Правда, ящика нет. Он давно отвалился. А вот щёлка осталась! Смотрю сквозь неё, вопрошая:

— Кто там?

Тишина, вижу тёмную ткань. Трудно понять, кто за дверью.

— Кто это? — повторяю.

И вдруг слышу голос Никиты:

— Виталина, открой. Это я.

Закрываю проклятую щель, прижимаюсь к двери и дышу. Не открою! Да как он проник? Хотя… О чём это я? Богачёв! Ведь он, как таракан, проникнет куда угодно.

— Виталин, я ведь знаю, ты там? Я пришёл поговорить.

Мои вздохи становятся глуше. Я ведь взрослая женщина, правда? Ну, что я скажу: «Не открою». Пошлю его? Лучше впустить. И послать, глядя прямо в глаза.

Замок издаёт мелодичное щёлканье, когда я его открываю. И, отпрянув от двери, впускаю того, кто пришёл.

Глава 15

Отхожу от двери, когда вижу Никиту. Как будто он может меня укусить. Он стоит в нерешимости.

— Как ты узнал, что я здесь? Ты следил за мной что ли? — усмехаюсь.

Рубашка закатана к локтю, на запястье браслет от часов. Он всегда был весьма лаконичен и сдержан.