Точнее, нас с Милкой! Мы с ней — ровесницы, со школьной скамьи неразлучны. Она мне почти как сестра.

— Вон, твой телёнок, — смеялась подруга.

Мне было обидно за Костика:

— Чего он телёнок? И почему это «мой»?

— Потому, что на привязи за тобой всюду ходит, — раздражалась она.

Но стоило Косте возникнуть, как тут же брала на себя роль болтушки.

На выпускном мы блистали! Мать заказала мне платье. Эксклюзивный пошив. Ни у кого такого не было! Оно было с виду простое, без вычурных блёсток, оборок и рюш. Силуэт назывался «русалочка». Потому, что имитировал хвост! В середине бедра расширялся, внизу ткань ложилась красивыми складками. А оттенок был призван усилить эффект. Изумрудный, на фоне которого кудри мои, становились рыжее, чем в жизни.

— Ну, чего ты, окаменел что ли? — фыркнула со смеху, увидев физиономию Кости.

Тот уже был первокурсником. Но продолжал с нами дружить. Это он агитировал меня поступать на экономический. Я не имела понятия, кем хочу быть в старших классах! Я и сейчас не имею понятия. Просто хочу быть хорошей женой, мамой, лучшей подругой. Человеком, короче! Во всех смыслах этого слова. А тогда я отчаянно мучилась, выбирая профессию по душе.

Мне казалось, от этого выбора столько зависит! Как будто, отучившись, ты просто обязан быть именно тем, кем был назван в дипломе. По факту оно так и вышло! Я избрала специальность «бухгалтерский учёт, анализ и аудит». И свожу дебет с кредитом.

А вот Милка, всегда мечтавшая стать поваром, под прессингом матери, всё же окончила школу. И поступила не в колледж, как изначально хотела, а в ВУЗ. На технолога. Хотя мама её была против, и всегда приводила в пример мой «правильный выбор» профессии.

Я же, завидуя Милке, прогрызала дыру в материнском бюджете. Для меня этот ВУЗ был коммерческий. Это Шумилова взяли бесплатно! С его результатами можно было вообще не учиться, и сдать!

— Почему окаменел? — хмыкнул он и вручил принесённые розы.

Розовый цвет не вязался с нарядом. Милка забрала букет, приложила к груди. Её «бальный образ» как раз был под стать. Платье, как у принцессы из мультика: фатин цвета фуксии, пышный рукав.

— Ну, и кого из нас ты готов осчастливить? — отвела она волосы, те были взбрызнуты лаком и тоже блестели под светом искусственных ламп.

Отмечали в столовке. И зал украшала большая гирлянда из букв: «В добрый путь!».

— В смысле? — не понял он.

Милка, уже чуть подвыпивши, сексуально оперлась о стену:

— Ну, кого из нас сделаешь женщиной?

Костик обиделся:

— Блин, никого! — и ушёл.

Отыскала его с сигаретой внизу.

— Ты чего? — ткнула пальцем.

— Дура она, твоя подруга! — буркнул Костя, втянул в себя дым.

— Она просто шутит, — сказала.