Я любил проводить в детстве с ним время, но я уже не сопливый пацан, а мужик, который в последнее время чувствовал к отцу чаще раздражение.

Подхожу к столу.

Может, мне лучше заняться чем-то другим?

Например, разводом. С ним-то мне все предельно ясно, а со смерть отца что-то тревожит.

Так тревожит, что я не могу осознать того, что моя жизнь с каждой секундой рушится по кирпичикую

Сажусь за стол. Несколько минут смотрю на закрытый тонкий серебристый ноутбук. Я часто его видел в руках отца.

Открываю ноутбук. Требует пароль. Ничего странного и нелогичного, но беспокойство почему-то нарастает.

Могут ли там хранится какие-нибудь отцовские секреты? Тайные переписки? Залежи порно?

Смотрел ли мой отец, полный достоинства и приличий, порно? И какие у него были предпочтения?

Лезу в ящики в поисках какого-нибудь блокнота, в котором папа мог записать пароль от ноутбука. Он же человек пожилой.

В ящике нахожу бутылек с аляпистой этикеткой, на которой красуется золотой дракон и китайские иероглифы.

— Что за хрень? — задаю сам себе вопрос и открываю бутылек, а внутри маленькие черные шарики, которые походят кроличьи фекалии. — Что за…"

"Принюхиваюсь, и в нос бьет острый травяной запах. Фыркаю, прижимаю ребро ладони к носу, и слышу удивленный голос Лены:

— Лиля?

А затем через несколько секунд в кабинет врывается Лиля и замирает с круглыми глазами на пороге кабинета. И в глазах ужас, паника и смятение. Кажется, она не ждала у меня увидеть.

— Любопытно, — закрываю бутылек с китайскими травяными шариками и прячу в карман, глядя на молчаливую Лилю. — И какой сюрприз.

— Ты какого черта тут делаешь?

Не узнаю голос жены. Тихий и отчаянный. И меня удивляет тот факт, что этого отчаяния не было в ее словах, когда она говорила про мои измены.

— У меня к тебе тот же вопрос, дорогая, — откидываюсь на спинку кресло и медленно покачиваюсь, тихо повторяя, — то же вопрос.

Глава 25. Доволен?!

Ноутбук открыт.

И я не знаю, как объяснить Гордею, что я забыла в офисе отца.

Раньше я приходила к нему с детьми, которым он тут все показывал и рассказывал, а я с Аллой могла кофе выпить в приемной и поболтать. Свекр не был против.

Он же у нас такой душечка.

И сейчас Гордей сидит за его столом, и я вижу в нем Вячеслава. Только помоложе и с острым недобрым взглядом.

И я не могу понять, нашел ли Гордей что-то в ноутбуке или нет.

Почему я не хочу говорить ему того, что его отец был извращенцем? Потому что не хочу, блин, все это обсуждать с Гордеем. Не хочу и все, будто за фотографиями есть еще что-то, что можно нарыть и ужаснуться.

А Гордей начнет рыть, и криками, что его отец тихий маньяк ничего не закончится.

Я хочу просто развода с ним без дополнительных и левых деталей из взаимоотношений со всей его семьей.