Поймал не только плод, но и недовольный взгляд Боцмана, который приготовился наслаждаться вкусом.

Пока мы занимались, бабушка и мама накрывали на стол, бегали туда-сюда, резвые и довольные. Вскоре приехали Наташка с Борисом, подошли к нам и сменили меня, я тоже полез на дерево.

— Мистер Гнусь есть? — спросил Борис.

До меня сразу дошло, что он имеет в виду двоюродного братца Андрюшу. Вот на ком я проверю способности! Хуже ему точно не будет.

— Скоро приедет.

Только я проговорил, появилась оранжевая «жулька» Толика. На втором сиденье угадывалась тетя Ира, есть ли с ними Андрей, было непонятно.

— Слезаем, — скомандовал я Каюку.

Неужели и такое простое мое желание я ему навязываю, и надо быть осторожнее с высказываниями? Но невозможно ж себя контролировать постоянно.

— Мистер Гнусь едет, — сказа я своим, и Борька набычился, сжал кулаки.

Наташка тоже напряглась. Мы с Каюком принялись выносить ящики. «Жулька» припарковалась, вышла тетя Ира, кивнула нам и рванула к матери и сестре.

Андрей тоже приехал. Всем своим видом делая нам одолжение, он вылез из машины.

— Привет, барыги!

— А ты чего сзади, как школьник? — парировал я.

— Ага, ездишь, где катаются наши ящики, — фыркнула Наташка.

— Эт не ваши ящики, а бабкины.

— Человек-летучая мышь, женщина-кошка и вот он, человек-ящик, — сострил Борис.

Вот и настало время проверить суггесторные способности.

— Андрей, — проговорил я, прямо глядя ему в глаза, — давай ты вообще не будешь замечать нас? А если вдруг заметишь, обратишься на «вы» к любому из нас.

Андрюша запрокинул голову и заржал.

— С хера ли? Ты нормальный ваще?

Сработало? Похоже нет.

— Андрюша, — попробовал я иначе, — вон, видишь, Боцман. Вот иди над ним доминируй.

— Чего-о-о? — прищурился он.

— Видел, как собачка собачку, даже если они оба кобели?

Наташка засмеялась, Борис не понял. Я продолжил:

— Если собака хочет показать, что она главная, она хватает другую собаку за холку и совершает фрикции. То есть возвратно-поступательные движения. Типа я твой труба шатал. Так вот, ты нихрена не главный, общаться мы с тобой не хотим, пошел вон!

Андрей налился дурной кровью, уши его заалели ломтиками помидоров. Он набрал в рот воздух и собрался обрушить на нас все свое презрение, но из кухни вышел Толик, и братец просто показал мне кулак, я кивнул.

Мы с Толиком погрузили ящики и, пока женщины готовили еду, поехали на вокзал, прихватив Каюка, который отпросился на море, чтобы не терпеть Андрюшу. Причем я сел на переднее сиденье и показал средний палец наблюдающему за нами кузену. Всю дорогу, где-то полчаса, я думал о суггестии. Все-таки показалось? Но совпадений слишком много, чтобы сбрасывать способности со счетов. Вспомнилось, что и отмороженному Русе я тоже приказывал обходить меня десятой дорогой.