Задача номер два: ассимилировать Яна и куда-то его пристроить, он очень непростой мальчик, обещающий вырасти значимым человеком — недаром же реальность так отреагировала, когда я ему помог.

Ну и дальше: избавиться от наличных и перевести их в доллары, к двадцатому июля не должно остаться ни копейки.

Еще — проследить, как дела у отца. Развивать свой клан. Купить права и починить «Победу». Копить деньги на новый дом, где у каждого будет по комнате. А! И важно уговорить мать, чтобы уволилась из поликлиники и пошла на винзавод скупать ваучеры или что там будут раздавать.

В общем, работы непочатый край, скучать не придется. Я вспомнил про газету, которую просил просмотреть дед, достал ее и на второй странице обнаружил свою чуть сокращенную статью о том, как героический капитан милиции предотвратил вывоз девочек за границу. Улыбнулся. Вся Россия про него прочитала! Правда, авторство не мое, а какой-то Марии. Ну и ладно. Главное, что теперь никто отца не разжалует и не посадит. Просто не посмеют тронуть героя!

И когда дед успел передать статью? Наверное, когда ненадолго отлучался перед поездкой за кофе.

Под мерный перестук колес я уснул часов в десять — еще не стемнело, ночью проснулся и до утра проворочался, потому что поезд постоянно останавливался и кто-то заходил, и места хватало, хотя казалось, что больше никто не влезет.

Промучившись день, уснул опять в десять. И очутился в белом кубе, который уже примелькался."

"Что — опять? Что я сделал на этот раз?! Никого не спасал вроде. Совершил архиважное: помог скупиться Наташке и одел Бориса? Или накапало за предыдущие достижения?

Из стены выдвинулась клавиатура, будто приглашая оживить экран. Ну, ладно. Однако, уже подходя, я почувствовал: что-то не так. Коснулся мыши, шевельнул ее, и экран ожил. Последнее изображение, запечатлевшее инверсионный след, вздрогнуло и запикселилось.

Монитор почернел и погас.

Я подвигал мышью и воскликнул:

— Что за нафиг?

Чернота замерцала, что-то задвигалось в ее глубине — будто искры планктона в толще августовского моря. Сперва это воспринималось, как далекий свет, но вскоре из черноты проступил текст:

Продуктивное время пребывания в данной ветке реальности закончилось.

Произведен расчет вероятностей.

Единственный исход: отторжение.

Вероятность гибели скульптора в данной ветке: 100%.

Возможность сохранения скульптора с наработанным функционалом: изъятие.

Осуществить изъятие?

Да/Нет

— Что, нахрен, за изъятие? — заорал я. — Что ты такое?!

Я поводил мышью по коврику, но риска курсора не двигалась.

До изъятия:

10

9

8

— Куда изъятие? Факаная ты железяка!

Сон… Почему бы этому бреду не быть сном? Я уставился на мигающие цифры.

7

6

5

— Я против вашего сраного изъятия!

Наташка, Борис, Алиса, Ян, Илья… Мама, в конце концов.