— Там очень обрадовались, что они живы-здоровы и я хочу их забрать, документы выдали, пообещали помогать с усыновлением. Теперь поеду с Колей, младших с собой придется брать, потому что оставить не с кем. Когда получу документы, напишу заявление на усыновление и — в суд. И будем молиться.

В кухне пахло сдобой. Я разделил продукты на те, что маме, мне и Лидии, отрезал большой кусок мяса от того, что купил алтанбаевцам, отсыпал детям домашних яиц и немного творога.

Глядя на меня, Лидия качала головой, приговаривая:

— Павлик, спасибо тебе огромное, мне так неудобно перед тобой! Глазам поверить не могу, что мальчик столько способен сделать.

Да не для родных — для совершенно незнакомых людей.

— Вы мне роднее всех родных, — улыбнулся я.

Светка прижалась ко мне."

"— Буду тебя папой считать! Папа Павел!

Бузя захохотал и хлопнул себя по бедрам. Лидия тоже улыбнулась.

— А-ха-ха, ты, как заика прям!

— Чего это? — обиделась девочка.

Бузя начал показательно заикаться:

— Па… па… павел!

Теперь засмеялись все, включая Свету, осматривающую пакеты, которые я им принес. Ну, извини, малая, сладостей сегодня нет.

— У меня сестричка родилась, — похвастался я.

Светка запрыгала по комнате.

— И у нас, значит! И у нас!

— Если я — папа, то она ваша тетя. Тетя Диана. А вы готовьтесь идти в школу, вот!

— Это в следующем году только, — вздохнула Лидия. — Суд — дело небыстрое.

На фоне того, что этот год мог стать для детей последним, это такие мелочи!

Лидия сочла своим долгом накормить меня пончиками, я досидел до половины седьмого и откланялся. Меня ждала тренировка в доме культуры, а потом будет самое интересное: мы с Борей пойдем смотреть квартиры.

Наташка с нами не успеет, у нее репетиция.

Ну и остается интрига, как себя поведут мама и отчим, когда узнают, что мы собираемся от них съезжать. Не хотелось бы с ними ссориться.

Глава 9

Где ты, новый дом?

Дав алтанбаевцам привыкнуть к нагрузке, Нага Амзатович не спешил ее увеличивать, и на его тренировку я сходил, как на легкую прогулку. Тело соскучилось по движению, и даже после такой нагрузки я выходил в легкой эйфории.

Много раз слышал, что тренировки стимулируют выработку гормонов радости, и, когда подсаживаешься, то без них уже не можешь, как наркоман.

Мне-взрослому нравилось поддерживать себя в форме, и я-он постоянно чем-то занимался, но единственная радость, которую я-он испытывал — что тренировка закончилась, а соответственно, мучение прекратилось. И вот оно, это ощущение! Наконец-то!

Что касается тренера, с отморозками он держался спокойно и авторитетно. Сегодня Крючок начал бычить и получил по шапке.

И вот Нага закрывает зал, я стою рядом, готовый взлететь от легкости в каждой мышце.