– Винил себя, бедный. Ему и в голову не приходило, что в тот вечер я просто использовала его.

– Ну ты и мразь, – только и сказала я.

– Знаю, – откликнулась она. – Прекрасно знаю, Мельникова! А ведь он до сих пор тебя любит. Ревнует тебя к Ярославу. Страдает.

– Хорошо, ты мстила мне, Лесовская. Я понимаю. Но Женька-то при чем? Зачем ему больно делать? Он ведь тебя своим другом считал, – сквозь зубы сказала я. – Или, может быть, ты просто ищешь оправдания своей гнилой натуре?

На этом мы распрощались. Алена осталась, обхватив себя за плечи руками, а я ушла – гордая и несломленная.

И спина у меня была так расправлена, будто бы мне было все равно. Но стоило мне скрыться от посторонних взглядов на втором этаже, как я остановилась и прислонилась к стене – уставшая и разбитая."

"Я знала Алену с первого курса, уже много лет. Каждый день мы общались по телефону, виделись несколько раз в неделю, вместе отдыхали. Я считала ее близким и дорогим человеком. Когда ей было плохо, я помогала, когда она была счастлива – я радовалась вместе с ней. И я не думала, что однажды потеряю ее.

Но прошедшая ночь, кажется, все изменила.

Всего лишь одна ночь разрушила нашу дружбу.

***Проводив Настю пылающим взглядом, Алена быстрым шагом пошла прочь. Ее глаза застилали слезы, руки были сжаты в кулаки, на губах застыли невысказанные слова – той, которая считала ее своей подругой, Алена сказала не все, что хотела. То, что она действительно хотела сказать Насте, навсегда останется секретом.

– Дрянь, почему ты? – прошептала она в исступлении. – Почему?

А ведь до ночного звонка Меркурия все было хорошо… Она наконец-то встретилась со своим любимым мужчиной – здесь, в этом доме, защищенном магией.

А потом ей срочно пришлось собираться и ехать к Мельниковой, чтобы снова играть роль заботливой подруги. Так хотели Август и Тимофей, и если на первого она плевать хотела, то второго слушалась беспрекословно. Не вышло. Настя была права – Алена думала, что память ей сотрут, поэтому позволила себе слишком много. Позволила себе быть искренней.

Когда Тим узнал об этом, посмотрел на нее с усмешкой, но ничего не сказал, и Алена почувствовала себя глупой и маленькой. А разочаровывать любимого – последнее, чего она хотела.

Иногда Алена думала, как так вышло, что она оказалась замешанной в это дерьмо? И не находила ответа.

Все началось как подработка – слить богатому папаше инфу о его дочери? Без проблем. Алене очень нужны были деньги, и она не видела ничего плохого в дружбе с Мельниковой, за которую ей будут платить. Но теперь, после того, как выплюнула правду прямо в высокомерное – как у папочки – лицо Насти, Алена чувствовала себя мерзко. Так, будто была предательницей.

Но только чтобы предать друга, надо быть другом.