– Вообще, раз мы коснулись щекотливой темы нашего родства, надо признать, что я был удивлен, когда ты появилась в семье брата. Хороший муж, прекрасный отец – как он мог спутаться с какой-то непонятной девицей, да еще позволить ей родить ребенка? А после забрать этого ребенка в свою семью и заставить жену записать на свое имя. Феноменально, не находишь? Какой женщиной была твоя мать? Что она сделала с твоим отцом? Околдовала?

– Сложно сказать. Она умерла спустя некоторое время после моего рождения, – отозвалась я.

Внутри у меня все кипело от негодования – какого черта? Что он несет? Для чего завел этот разговор?

Такие, как Тимофей Реутов, не будут опускаться до откровений – они всегда преследуют какую-то цель.

Что ты хочешь, дядя?

– Откуда тебе известно? – чуть склонил он голову набок. Зарецкий молча наблюдал за нами.

– От крестной.

– А может быть, она и есть твоя мать? – он задал вопрос, который мучил меня когда-то. Что, если крестная и правда моя мама? Но тогда, когда она привезла меня на могилу матери, я поняла, что она не лжет. Поняла это по застывшим в ее глазах невыплаканным слезам. Они действительно были близкими подругами.

О таких вещах не лгут.

– Забавное предположение, но не думаю, – ответила я с насмешкой.

– Да, Матильда точно не твоя мать, – кивнул дядя.

Внутри все оборвалось.

– Откуда вы знаете, как ее зовут? – хрипло спросила я.

– Одно время ходили слухи, что твой отец спит с ней, – ответил с неприятной полуулыбкой дядя Тим. – Но на самом деле они просто хорошие друзья. Твой отец знал, как тебя контролировать, Настя.

Меня опалило огнем. Только не это. Я не вынесу еще одного предательства.

Но тут же сама себя поправила.

Вынесешь. Ты все вынесешь."

"А дядя продолжал втыкать мне спицу в сердце все глубже.

– Матильда – не подруга твоей матери. Она подруга твоего отца. Удивлена? Неужели не догадывалась? Впрочем, Матильда хорошо играет свои роли. Именно поэтому она так высоко поднялась. Не удивлюсь, если однажды она начнет метить в губернаторы. Через Матильду твой отец давал тебе деньги. Через нее заставил тебя пойти в аспирантуру. И через нее собирался руководить твоей жизнью и дальше. У тебя такое обиженное и злое лицо – прямо как в детстве.

Дядя коротко и насмешливо рассмеялся, увидев наконец мои эмоции – те, которые я не успела скрыть.

Браслет едва заметно нагрелся, и я вдруг поняла, что он делает. Он целенаправленно выводит меня на эмоции, чтобы понять, насколько я контролирую себя и браслет, силу которого познала. По каким-то причинам ему нужно знать, смогу ли я совладать с эмоциями. А если им интересно это, значит, моя эмоциональность может воздействовать на браслет. И…

– Боитесь, что я выдам себя? – прямо спросила я, кое-как взяв себя в руки.