Яр растерялся – внутри тугим узлом завязался страх, сердце сделало кульбит, во рту пересохло, и первой его реакцией было убежать прочь и спрятаться от всех этих взглядов. Однако он тотчас понял, что произошло – они с Настей снова поменялись телами. Он стал молодой аспиранткой, которая читала непонятно кому непонятно какую лекцию. Стал красивой девушкой в джинсах и белой блузке, чьи волосы были стянуты в высокий хвост. Стал той, к которой он питал самые нежные и теплые чувства.

Насмешка судьбы, и только."

"Ярослав опустил голову, и его взгляд наткнулся на женскую грудь, что его почему-то очень развеселило, и он едва не совершил фатальную ошибку – чуть не дотронулся до этой самой груди обеими руками, по привычке, которая Насте совсем бы не понравилась. Обозвав сам себя идиотом, парень поднял очумевшие глаза на аудиторию, которая в удивлении взирала на него: студенты, судя по виду, первокурсники или второкурсники, ждали продолжения лекции.

Что им говорить, Яр понятия не имел. Он бросил быстрый взгляд на краткий конспект лекции, что лежал на кафедре. Настя почти не пользовалась им, рассказывала по памяти, лишь изредка заглядывая, чтобы не сбиться с плана – в конспекте все было расписано буквально по минутам. Не зря Настя всегда казалась Ярославу скрупулезной – у нее все было просчитано до мелочей.

Ярослав попытался прочитать то, что было от руки написано Настей, но не смог – слишком сильно волновался, и аккуратный почерк девушки расплывался перед глазами. Настя вообще видела мир иначе. Не так остро, как он, зато боковое зрение у нее было гораздо более развито. Она даже цвета видела иначе и оттенков различала больше.

«Что делать?» – напряженно думал парень, понимая, что чем больше времени проходит, тем глупее он выглядит со стороны. Если уйдет и оставит студентов, то Насте может попасть от начальства. Если начнет читать лекцию сам, то опозорит ее перед студентами. Ни того, ни другого Яр совершенно не хотел. Окажись он в подобной ситуации в прошлый их обмен, наверное, и задумываться бы не стал о том, что может навредить Мельниковой. Теперь же все изменилось. Теперь они и сами изменились.

«Черт, что делать, что делать?» – лихорадочно спрашивал сам себя Ярослав, понимая, что пауза затягивается все сильнее и сильнее.

Решение пришло само собой, и Яр не стал откладывать его в долгий ящик. Схватившись за голову, он театрально рухнул вниз, имитируя обморок. Сначала студенты ничего не поняли, и бросились к нему лишь секунд тридцать спустя. Яр довольно лежал на полу, заботливо подложив под голову руку, чтобы было удобнее. Не реагировал тогда, когда его осторожно звали по имени, когда аккуратно, почти боязливо похлопали по щеке и даже тогда, когда стали измерять пульс.