Сказав это, Марианна развернулась и, слегка покачивая бедрами, от которых Дамиан едва мог оторвать взгляд, поднялась наверх.

Его губы медленно растянулись в хищном оскале. Называть ее госпожой? Это он может.

Нетерпеливо облизнув губы, он резко выдохнул, избавляясь от излишнего возбуждения и напряжения. Великолепная! Он хочет ее себе. Навсегда!

Тряхнув головой, он постарался выбросить из головы коварную улыбку на прелестном лице, от которой у него едва кровь не вскипела, и направился в сторону кухни.

Госпожа велела ему позавтракать. Дамиан хмыкнул от удовольствия. Дерзкая девчонка! Придет время, и он покажет ей, кто из них господин!

Глава 48

В силу своей природы еды ему требовалось больше, чем обычным людям. Сила оборотня не бралась из ниоткуда, ее требовалось подпитывать едой. Именно поэтому он даже не подумал отказываться от предложенного завтрака.

Слуги уже собрались на кухне. Они спокойно ели и тихо переговаривались, слишком устав после ночных событий. Дамиан не винил их. И пусть он сам даже после бессонной ночи не испытывал усталости, ему было понятно, что люди, лишенные оборота, вряд ли ощущают себя после таких подвигов достаточно хорошо.

– И все-таки мне так жаль их. Госпожа в последнее время излишне сурова, – вздохнула Донна. Обычно она не любила обсуждать господ, но бессонная ночь развязала ей язык.

– Да? – мгновенно заинтересовался Дамиан. Его увлекало все, что так или иначе касалось Марианны. Благодарно кивнув на протянутую миску с подогретой кашей с куском вареного мяса, он уселся за стол и подхватил ложку. – Раньше она была другой?"

"Донна смущенно на него посмотрела. Ей было немного неловко рядом с незнакомцем, но раз госпожа его не прогнала, то, наверное, тот не представлял опасности.

– До смерти родителей госпожа была тихой и ласковой, – ответила Донна, подумав, что в ее словах нет ничего страшного. Она ведь не раскрывает никаких секретов, верно? А то, какой была госпожа до печальных событий, знают все. Рано или поздно кто-нибудь ему все равно расскажет.

– Действительно? – Дамиан недоверчиво хмыкнул.

Ласковая и тихая?

Он мог придумать много описаний для Марианны, например, великолепная, яростная, возбуждающая, неистовая, но едва ли на ум приходили такие слова, как тихая и ласковая. Впрочем, последнее прилагательное в какой-то мере все-таки подходило, учитывая, как приятно Марианна могла поглаживать его, когда он был в звериной форме. Тогда ее ладонь действительно была ласковой, как и умиротворенный взгляд, направленный на него.

– Но потом она изменилась?

– Это случилось сразу после того, как она упала с лестницы. – Донна вздохнула.

Дамиан застыл с поднесенной ко рту ложкой, полной ароматной каши.

– Упала с лестницы?

– Да, – Донна кивнула.