– Как думаете, зачем эти душегубы так поступили? – спросила Донна, когда они вдвоем спускались обратно во двор. Марина пожала плечами. Ответа на этот вопрос у нее не было, хотя догадки имелись.

Она не удивилась, что все слуги собрались на расстоянии от связанных людей, рассматривая их с различными эмоциями. Одни злорадствовали, явно довольные, что виновников поймали. Другие смотрели с испугом, будто поджигатели могли вырваться и напасть. Третьи злились, но не подходили. Мрак лежал неподалеку и переводил взгляд с одного человека на другого. Судя по всему, именно зверь стал сдерживающим фактором. Иначе предполагаемым злоумышленникам пришлось бы несладко.

Подойдя к связанным, Марина остановилась и посмотрела на них. Мужчины выглядели непрезентабельно. Проще говоря, как люди без определенного места жительства. Но Марина не могла судить точно, ведь очень многие жители этого мира выглядели, мягко говоря, плохо.

– Вынь у одного кляп, – попросила она старого Джо. Старик поглядел с сомнением, а потом подошел к ближайшему человеку и развязал тряпку, удерживающую кляп во рту.

Глава 44

Человек, ощутив, что рот свободен, сначала отплевался от ниток, а потом набрал в грудь больше воздуха, явно намереваясь возмутиться такому обращению.

– Кто вы и что делали на территории моей собственности? – холодным голосом спросила Марина, не собираясь выслушивать очевидные ругательства. – Хочу сказать сразу. Я в любом случае запру вас и вызову королевских дознавателей. Вам лучше не лгать мне. Возможно, если вы скажете сейчас правду, то мы сможем договориться.

Разговорить этих людей оказалось очень просто. Одной угрозы хватило, чтобы они начали исповедоваться. Марина не до конца была уверена, что именно они подожгли сарай, но ее неуверенность испарилась, стоило первому мужчине открыть рот.

По его словам, они были простыми горожанами. Бедными и безобидными людьми, вынужденными влачить свой век в дыре, о которой давно уже никто и не помнил.

Человек очень много жаловался на судьбу, явно пытаясь вызвать у слушателей сочувствие. Частично это ему удалось.

Марина знала, что в городе сейчас царит невероятная бедность и безнадежность, но она могла испытывать жалость лишь к тем, кто вынужден находиться там, не имея возможности хоть как-то изменить свою судьбу. Старики, дети, калеки – вот те люди, которым она сочувствовала. Здоровые мужики, способные при желании изменить свое положение, никак не могли вызвать у нее положительных эмоций.

Но она была во дворе не одна. Остальные слушатели, особенно служанки, приняли историю близко к сердцу. Дошло до того, что Донна даже робко спросила, можно ли их развязать, ведь так неудобно лежать на земле обездвиженными.

Марина даже немного опешила.