— Я хочу лепить снеговика.

— А я позвала в гости Дину… — Сафина встала рядом и посмотрела на меня вопросительным взглядом. — Все нормально, мам? — спросила она, заметив, как я нахмурилась.

— Да, все хорошо… Сегодня погуляете одни, — отозвалась я спустя полминуты, когда низ живота отпустила резкая боль. — Только смотри за сестрой, хорошо? — Мышка кивнула и поцеловала меня в щеку.

Перекусив, я позвонила Алене и попросила ее приехать с Динаром к нам в гости. Дамира всегда переживала, когда я долго отсутствовала дома, а визит ее лучшего друга должен был ее немного отвлечь. Няне я тоже позвонила и попросила отложить все дела на сегодня и остаться детьми.

— Полина, что-то не так? — Белла Ренатовна, услышав, что я вызвала няню в ее выходной, подошла ко мне и посмотрела на меня внимательным взглядом. — Мне звонить Роберту? — я снова ощутила сильную схватку, и прикрыла глаза, пережидая тянущую и неприятную боль.

— Я сейчас сама ему позвоню… — встала со стула, и почувствовала, как по моим ногам потекли воды.

— Так… — Белла Ренатовна в ту же секунду взяла меня под руку, поддерживая. — Идем наверх, Полина. Я помогу тебе переодеться и собрать вещи, — ее голос задрожал от волнения. — Тамила, звони Роберту и приглядывай за Дамирой.

Сколько бы не принимала участие в процессе рождения детей, но одно дело помогать маме и малышу встретиться, находясь в роли врача, а другое, когда мне самой сегодня предстояло хорошо потрудиться, чтобы дать жизнь двум малышам, и еще постараться, чтобы все прошло без осложнений для нас троих.

Беременность наступила с первого же цикла после отмены противозачаточных таблеток, а на одиннадцатой неделе Тамара, мой врач, огорошила меня, что у нас с Робертом будут близнецы. Для меня это оказалось большим потрясением, собственно, как и для всех членов семьи. Мне до сих пор не верилось в происходящее: пока я даже не представляла, как это быть мамой сразу четвертых детей.

Белла Ренатовна помогла мне переодеться, и мы спустились вниз. Сумку с вещами и документами я приготовила заранее из-за рисков наступления преждевременных родов, которые в моем случае были значительно выше.

Алёна с сыном и Роберт приехали почти одновременно. Схватки становились чаще и сильнее, и я мечтала поскорее оказаться в роддоме под присмотром Тамары и других врачей, потому что переживала за малышей: их внутри было двое, и для меня это была двойная ответственность, особенно, учитывая перерыв, с которым я шла в роды.

— Как ты? — спросил Роберт, просмотрев на меня в зеркало заднего вида.

Я выдавила мучительную улыбку, сказав, что со мной все в порядке, и вцепилась пальцами в кожаную обивку сиденья от боли, которая потихоньку начала вытягивать из меня силы. Мы стояли в пробке больше часа.