Водитель обошел автомобиль, открыл багажник и вытащил легкую раскладную коляску. Женщина стояла немного в стороне и терпеливо наблюдала за тем, как тот возится с коляской. Укрепив сиденье, мужчина подкатил коляску к Валентине. Она сдержанно поблагодарила водителя и усадила малыша. Не похоже, чтобы их связывала постель, в этом случае отношения между ними были бы несравнимо более теплыми.

Анюта была права, когда сказала, что связь между ними, судя по всему, сугубо деловая. Все-таки наблюдательности у нее не отнять, скорее всего так оно и есть: парень находился на службе у Валентины.

Малыша разморило, раскинув ручки в стороны, он тихонько посапывал. Женщина неторопливо катила коляску перед собой, тщательно объезжая немногочисленные рытвины. Мужчина шел чуть поодаль. Но безучастным назвать его было нельзя, строгий пронзительный взгляд фиксировал каждого встречного. Из окон своего старого «Фольксвагена» Чертанов мог наблюдать Валентину вблизи. Мужчины не врали, когда говорили в один голос, что ее, раз увидев, не забудешь никогда. Девушка удалась на все сто: фигура, лицо, волосы и, конечно же, ноги, которые, казалось, составляли добрую половину всего тела.

Охотно верилось, что такая женщина способна была смутить даже каменную статую, а что говорить об обыкновенных земных мужиках, состоящих из плоти и крови.

— Даже не верится, что такая красивая женщина могла быть проституткой, — Вадим Шевцов взглядом проследил за удаляющейся парой.

Не было ничего удивительного в том, что они думают об одном и том же.

— Разные женщины могут быть, — философски заметил Чертанов.

— Знаешь, я бы не отказался от нее, — мечтательно протянул Шевцов.

 — У этих покойных мужиков губа была не дура, на такую бабу глаз положить!

Вот Валентина остановилась, очень соблазнительно склонилась над коляской, отчего брюки на ее бедрах натянулись еще больше. Постояла бы так минут пять, чтобы полюбоваться на нее во всей красе, но нет, поправила свесившуюся ручку ребенка и распрямилась вновь, после чего опять покатила малыша.

Вадим Шевцов издал стон сожаления.

— Вот кто-то же пилит такую бабенку! Эхма!

— Да, наверное, такой же, как и ты, — так же философски заметил Чертанов.

— Интересно, сколько она стоит?

— Не обольщайся, таких денег у тебя все равно нет. Такие женщины очень дорого стоят. Чтобы пробыть с ней час, тебе нужно будет полгода откладывать свой оклад в копилку. И при этом с этих накоплений ты не должен будешь брать даже на сигареты.

— Нет, я на такие подвиги не способен, — с грустью произнес Шевцов и уже бодрее добавил: — А в сущности, все они устроены одинаково. Чего дергаться-то?

— Не скажи, — возразил Чертанов и улыбнулся каким-то своим мыслям.