– Статейку забацаем в лучшем виде, можешь не переживать. Фамилию не назову, но дурак поймет, кто это. Годится?

– Ты забацай, там посмотрим.

– Это будет бомба, – мечтательно улыбнулся он. А я порадовалась за него.

Позвонила Ритка.

– У меня полчаса свободного времени образовалось, может, выпьем кофе вместе? – Тон, которым это было сказано, несколько настораживал.

– Могу приехать прямо сейчас, – предложила я.

– Давай встретимся в “Арлекино”. – Так назывался бар в квартале от места Риткиной работы.

– Хорошо, – согласилась я, прикидывая, что день грядущий мне готовит.

Выяснилось, ничего хорошего.

Я очень торопилась, но Ритка все равно пришла первой. Сидела с постным видом за столиком на двоих. Молодая женщина со вздернутым носиком, в дорогих тряпках. Домохозяйка, из тех, кто не умеет считать деньги, есть и все. В общем, я лишний раз убедилась, как обманчива внешность.

– Привет, – сказала я, устраиваясь напротив.

– Ты влюбилась, – заметила она недовольно, разглядывая меня. – Глаза сияют…

– Умылась с утра.

– Слушай, ты знаешь, как я к тебе отношусь?

– Ну…

– И ты знаешь, как я отношусь к Деду. У него полно недостатков, но он – мужик.

Настоящий. С характером. Это вызывает уважение у таких беспринципных существ, как я.

– Как родственное беспринципное существо не могу с тобой не согласиться.

– Я не в курсе, что там у вас… прости, что я вмешиваюсь… – Прозвучало это так жалко, что я, за секунду до того намеревавшаяся послать ее к чертям, прикусила язык.

– Он ее выгнал, – немного невпопад сообщила она.

– Кого?

– Аньку свою.

– Что ты говоришь? – хмыкнула я. – Решил, что она старовата для него? В общем-то, дело понятное. Надо периодически менять обои в квартире и любовниц.

– Перестань. С ним что-то происходит. Он сам не свой. Я же вижу. Это из-за Лукьянова?

– Ты слишком много знаешь, – недовольно покачала я головой.

– Если ты сбежишь с этим типом, я даже не представляю… он не переживет. Что бы он ни вытворял, ты для него… – Она махнула рукой. В этом жесте было столько безнадежности, что я вновь отказала себе в удовольствии послать ее к черту.

– Успокойся, – попросила я, касаясь ее руки. – Никуда я не сбегу. Лукьянову я нужна примерно так же, как тебе почетная грамота от пионерской организации.

Он приехал по делам, а дела для него главное, я под боком, отчего же не попользоваться? Вот и все. Дед это знает не хуже меня, и если он сейчас сам не свой, то по другому поводу. По какому, не знаю, и это меня беспокоит.

– Анька прибегала скандалить, – хмыкнула Рита. Ее желание сменить тему было мне понятно, и я охотно поддержала ее в этом.

– Серьезно?

– Ага. Вот уж ума вовсе нет. Конечно, дальше первых двух ступенек ее не пустили. Очень гневалась, обещала всех уволить.

– Может, и уволит, если помирится с Дедом.