Кузнечики застрекотали под отцветшей сиренью, заводя скрипучие рулады.

– Как твой хвост? – спросила я. – Тебя вроде зацепило драконьим пламенем.

Лютый помрачнел, поерзал на ступеньках.

– Все зажило, – скупо ответил он. – Огонь – это полбеды. А вот твое проклятие…

– Какое еще проклятие? – удивилась я. – Я же не успела наколдовать! Юлька на меня набросилась, сбила с мысли.

– Ну-ну… – Кажется, волк мне не поверил. – Отчего тогда я не могу ее забыть?

– Совсем дурак, что ли? – почти ласково спросила я. – Потому что она офигенная, вот почему.

Лютый взъерошил волосы – розовая резинка куда-то пропала, темные брови сошлись на переносице.

– А где она?

– Не твое дело.

– Наверное, ей тоже без меня плохо, – вздохнул Лютый. – Вон как она разозлилась, целого дракона на меня напустила. Меня так раньше никто не любил.

Я удивленно посмотрела на Лютого. Нет, не шутит, морда серьезная, сосредоточенно-грустная.

– Знаешь, тебе тут лучше не показываться. Я не могу ручаться за чувства Юльки, но дракон тебя точно сожрет и не поморщится.

– Я неделю по округе рыскал, – признался Лютый, – перед тем как к тебе идти.

Не хотелось снова зад подпалить. Уж разузнал, что дракона в лес отправили. Говорят, жжет сумертов охапками.

– Так для того дракона и создали. А твоя хвостатая задница просто подвернулась не в то время и не в том месте.

Лютый посопел, выдвинув нижнюю челюсть, искоса глянул на меня янтарным глазом.

– Позови ее, ведьма, – хрипло попросил он, – поговорить хочу, увидеть.

– Я тоже соскучилась, – вздохнула я. – Нет ее, уехала к родителям. А если б и была она тут, вам больше не по пути. Она решила за ум взяться, – вспомнила я обет Юльки, – никакого добрачного секса.

Лютый нахмурился еще сильнее, а потом вдруг просветлел.

– Значит, она после меня ни с кем… – Он развязно улыбнулся, сверкнув клыками, расправил плечи. – После оборотня обычные мужики уже не по вкусу.

– Ой, все! – Я встала и пошла в дом. – Инкуба нет и, похоже, не будет. Давай проваливай, горе-любовник. И больше тут не появляйся. Тебе повезло, что я сегодня пьяная, то есть добрая. Еще один твой косяк – прокляну так, что хвост отвалится или что другое.

Я захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной.

За эти несколько недель я сделала в доме перестановку, расставила по подоконникам цветы, укрыла ржавую дверь новым зеленым ковриком со спиральными узорами, как на пузике Глории. Из фэншуя я запомнила два главных принципа: если есть что-то некрасивое – его надо спрятать, а если чего-то не видно, то его нет. Темный бог оказался ценителем правильного фэншуя и больше меня не беспокоил. Да и, в конце концов, человек ко всему может привыкнуть, даже к двери в ад.