И все становится еще сложнее… Я понятия не имею, что делать? И… как к этому отнесется Сайтон?

Сайтон

Поимка Витольда высасывает все силы. Каждый раз, когда мы уже готовы его поймать, он ускользает, как змея. Проклятые две недели уходят на это, даже несмотря на то, что Джеральд вытащил меня от Эйви с уже точно известными координатами Вита. Дракон тогда чуть не загрыз моего приятеля, пришлось сдерживать его.

И все это время я жил мыслями о возвращении к истинной, представлял, как буду сжимать ее в руках, ловить ее стоны и доводить до исступления.

Осознание, что все не так радужно, приходит, когда ловим Витольда.

Что ж. Поймали. Посадили. Артефакт вернули.

Стоя у дверей спальни Правителя, сжимаю в руках наш с Эйви договор. Все условия выполнены. Моя истинная свободна. Только я не хочу ее отпускать, поэтому подумываю о том, чтобы рассказать ей о проклятии семьи и повременить с детьми, пока будем искать способы обойти его.

Не может быть, чтобы не было способов. Плевать, что несколько поколений до меня искали и не нашли.

Я найду.

— Сай, — на мое плечо ложится рука Джера. — Он зовет тебя.

Захожу в полутьму спальни Правителя. Его серое лицо практически не отличимо от подушек. Если верить врачам, то ему осталось всего ничего.

— Сайтон, подойди, — он едва поднимая пальцы, хлопает по постели рядом с ним. — Я должен хоть кому-то сказать это.

Кладу свою ладонь на его шершавые пальцы.

— Я не воспользовался артефактом не потому, что не хотел, — слова даются ему с трудом. Он закашливается, тяжело дышит и продолжает. — У меня была истинная. Но я даже не успел на ней жениться. Ее нашли и убили. Как бы я ее ни защищал.

Эти слова звучат для меня раскатом грома.

— Если они узнают, кто твоя истинная, ей не жить. Это участь всех правителей, мальчик мой. Поэтому… не ищи ее.

Глаза старого дракона закатываются, и жизнь навсегда покидает его тело. А я, кажется, навсегда прощаюсь с моей милой маленькой Эйви…

***

— Ты уверен, Фавиус? — уточняю я, наверное, раз в десятый.

— Да, ваша Мудрость, — уверенно отвечает лекарь, следивший за здоровьем Эйви на протяжении того времени, что меня не было. — Абсолютно точно, ваша жена не беременна.

— Спасибо, Фавиус. Свободен."