Где взять мужество? Да и с чего он вообще решил, что им это по-прежнему нужно? Ей и Игорю… Который теперь, вообще-то, ее муж, и будет вполне логично, если тот все зубы ему пересчитает только за один взгляд в ведьмину сторону. Степан не знал… Но он был готов абсолютно на все, чтобы все вернуть. Если существует хоть мизерный шанс — он им воспользуется.

Сразу же с утра, не откладывая разговор в долгий ящик, едет к Ирине. Слава Богу, они не стали жить вместе, хотя женщина и намекала на такую возможность. Поворачивает ключ в замке и идет на голос разговаривающей по телефону женщины.

— Ой, да какой там… Недели две уже ничего не было. Проблемы у него после травмы.

Степан притормаживает у прикрытой кухонной двери.

— Люська, да зачем мне секс? У него фирма своя, денежная, да и к Кирюшке относится хорошо. Где я такого еще возьму? А для секса и здоровых мужиков полно.

Степан ненавязчиво постучал о дверной косяк, прислонившись плечом к стене. Ирина заполошно повернулась, испуганно зыркнула на него и спешно прервала разговор:

— Чего же ты? Такая познавательная беседа, — замечает Степа.

— Степан, милый…

— Я все не так понял? — улыбается.

— Нет… Да, — растерялась женщина.

— В общем, я так понимаю, ты не будешь особо убиваться по поводу нашего расставания?

— Какого расставания? Ты что…

— Я как раз за этим пришел.

Выкладывает ключи на полку, обувается под оправдательные бессвязные речи Ирины и уходит прочь, не оборачиваясь. Выходит из обшарпанного подъезда и впервые за последнее время вдыхает воздух полной грудью.

А часом позже:

— Игорь, где тебя носит? У нас тендер в девять, ты забыл, что ли?

— Тендер? — еле слышно раздается в трубке, — Какой тендер, Зима? Не нужно ничего, если она… — и разрывающий душу всхлип.

У Степана сердце опустилось от этого страшного звука. И замерло все внутри. Он подобрался весь, тяжело оседая в кресло:

— Что случилось, Игорь? Ты где?

— Она умирает, Степа. Она умирает… — и тихие, разрывающие душу всхлипы.

— Игорь, — захлебывается словами Степан, — где ты? Где Ксения? Что происходит?

— Я не смогу без неё понимаешь? Она же моё все. Мы же только жить начали…

— Игорь, ты где, мать твою?! Просто скажи мне, где ты! А потом мы поговорим, обо всем, о чем хочешь, поговорим. Ну же, Слабый!

— Второй роддом, на Майской, — выдавливает мужчина, с трудом взяв себя в руки.

Он плохо помнил, как доехал, как искал друга, как шёл по тёмным больничным коридорам. Игорь сидел, обхватив руками колени, прямо на полу у входа в реанимацию.

— Слабый…

Друг переводит на него воспаленный взгляд красных глаз.

— Что у вас происходит? — спрашивает, а сам ответ услышать боится.

— Ксения родила.

— Так рано же еще, — удивляется Степан.

— Почему рано? Неделю переходила, вообще-то.