Лесной воздух наполнен тысячами разных запахов, они кружат повсюду, врываются в распахнутые окна автомобиля. Аромат влажной земли и хвои приятно щекочет в носу.

Молчащий всю дорогу Степан подает голос:

— В лучших ведьмовских традициях. Лес, туман, сейчас и ведьма на метле прилетит! — с сарказмом.

— А это, очевидно, избушка на курьих ножках, — добавляет Игорь, указывая на открывшийся их глазам дом.

Степан присвистнул:

— Избушка-то у бабки Ёжки, а у ведьмы ничего себе хоромы!

И правда, в лучах утреннего солнца на широком лугу, покрытом полевыми цветами, возвышается ДОМ. Основательный такой… Одноэтажный, но с мансардой под зеленой крышей. Крыльцо ведет на просторную веранду. Выходящая на нее же стена представляет собой широкие раздвижные не то двери, не то окна. Современный такой домик. Откуда только взялся в такой глухомани. Звенящую тишину раннего утра прерывает звук взведенного курка, и раздается хриплый женский голос:

— Кто вы? И что вам здесь надо?

Игорь со Степаном одновременно оборачиваются на звук. И от картины, открывшейся их глазам, не могут вымолвить ни слова.

Женщина невероятной, ошеломляющей красоты восседает (по-другому не скажешь) на лошади. Вокруг клубится туман, создавая совершенно колдовские декорации для происходящей сцены. Кажется, что даже лес притих, и птицы смолкли в почтении. Красавица быстрым движением откидывает со лба черные кудрявые волосы, свободно струящиеся по спине и плечам, не отрывая от них угольно-черных, прожигают насквозь глаз. В руке пистолет, направленный в их сторону. Картина абсолютно сюрреалистическая и нереальная.

Первым отмирает Игорь.

— Послушайте, милая девушка, уберите пистолет, а? Не дай Бог, выстрелит…

— Я задала вопрос, — отрешенный хриплый голос, — на который все еще не услышала ответа.

— Да здешнюю ведьму мы ищем. Ксению… Забрели, наверное, не туда. Не подскажете, как нам эту милую бабушку найти?

— Для него? — высокомерный кивок в сторону Степана."

"— Ээээ, дамочка! У меня ноги отказали, а не мозги! — рявкает Степан, — так что я предпочитаю отвечать за себя сам!

Девушка переводит колдовской взгляд на мужчину в коляске.

— Хорошо. Только ты еще не готов.

— К чему не готов?

— К борьбе.

— Черт, мы, вообще, о чем говорим? Нам, если что, Ксения нужна, а задушевные беседы с тобой без надобности! — рычит Степан, и, обернувшись к Игорю, добавляет. — Поехали, к черту, отсюда, дурдом какой-то. Как знал — не хотел ехать.

Тем временем девушка плавным движением соскакивает с лошади, берет ее под уздцы и, перекидывая волосы через плечо, наконец, замечает:

— Я — Ксения. И если ты приехал ко мне, — прожигающий взгляд, — то будешь слушать меня, а нет — иди, стреляйся, как и хотел. Ой! Ножки-то не ходят. Печааааль.