Я притаился в темной нише. Услышал не самые приятные обсуждения жены младшего дэ Ритэна. Прожженные богачки не скупились на предположения, почему Хансэн не пришел сам и насколько ему стыдно появляться в обществе этой беднячки. Они обговаривали каждый ее брошенный в сторону выхода взгляд, каждый поворот головы и то, как посмела побежать между вальсирующими парами, полностью пренебрегая правилами приличия.

Но стоило увидеть, как Эмилия танцует с другим, как у меня вскипела кровь. Магия искрящейся пленкой осела на коже. В груди неуправляемым смерчем закрутилась ярость. Вокруг образовался вакуум, лишенный звуков и других людей. Казалось, даже воздух закончился. Я больше ничего не видел и никого не слышал. Лишь моя пара с другим человеком, их улыбки друг другу, звонкий смех и неуверенное кружение по паркету.

— Дэ Триард? — кто-то преградил мне обзор.

Я посмотрел на женщину, ставшую причиной всех моих бед и с трудом совладал со своим зверем.

— Моя фамилия Фарс, вы меня с кем-то перепутали.

— Нет, сынок, — не позволила мне уйти королева и словно невзначай добавила: — Спрятал бы магию, чтобы не выдать себя.

Она подхватила с подноса два бокала у проходящего мимо слуги. Я лишь сейчас понял, что вышел из своего укрытия и тем самым обнаружил себя. Должен был скрываться, но поддался эмоциям. Эделин же протянула мне напиток с стремящимися вверх шариками воздуха. Я учтиво принял бокал, но не стал пить.

— Давно тебя не видела, Иллар. Как поживаешь?

— По всей видимости, хуже, чем вы, ваше величество.

— Как тебе здесь? — обернулась она на празднично украшенный зал. Кому-то улыбнулась, отсалютовала бокалом и вновь посмотрела на меня.

— Все искрит, — сдержанно произнес я, ощущая, как быстро нарастает напряжение.

Странно, что никто его не замечал. Люди проходили мимо, будто даже не видели свою королеву, к которой должен быть повышенный интерес. Ведь она сейчас разговаривала с простым студентом, не достойным ее внимания. Но вот он я. И вот она. Стояли друг напротив друга и вели молчаливый поединок взглядами, не имея возможности сказать неучтивого слова.

— А ты продолжаешь злиться?

— Нет, как могу? Подумаешь, вы всего лишь предали мою семью.

— Иллар, — мягче произнесла королева — великолепная актерская игра! — Я ни в чем не виновата.

— Не нужно. Только вы знали дорогу к нашему замку. А люди… — я посмотрел сквозь нее и усмехнулся. — Они способны пробить такую защиту?

Да, мы знали друг друга. Эделин была лучшей подругой моей матери. Их семья в те далекие времена являлась третьей по мощи, и амбиции этой женщины превышали возможности. А что может сделать дракон, жаждущий власти?

Ее отец увядал. Она молила, чтобы ему дали священных цветов, растущих на западной границе Оринса, чтобы те оживили его и придали сил.