Алексей Николаевич вспомнил, что, будучи вицеком[67] в Самарской губернии, Кошко стал исправляющим должность начальника после убийства губернатора Блока. А первым лицом в Пензе его сделали после того, как террористы застрелили тамошнего губернатора Александровского.

– Конкретно мое поручение состоит в том, чтобы разыскать спрятанную казну банды Лбова. Есть сведения, что недобитки пустили ее в дело, а именно скупают в вашей губернии золото и платину.

– С какой целью? – недоверчиво спросил жандарм.

– С целью подготовки цареубийства.

Пермяки ошарашенно развели руками:

– А почему мы тут ничего об этом не знаем?

Лыков и сам хотел бы задать им этот вопрос.

Местные власти обязаны раскрывать подобные планы первыми и сообщать о них в столицу. А тут вышло наоборот. В Петербурге могут расценить это как некомпетентность.

Флоринский оправился первым и потребовал доказательств. Алексей Николаевич не располагал таковыми, но сознаваться не стал, а адресовал подполковника к Джунковскому. Еще он добавил:

– Его превосходительство сослался на двух ваших коллег: фон Коттена и Комиссарова.

Михаила Фридриховича я расспросить не сумел, он в командировке. А Михаил Степанович в Вятке, там повесили Лбова. Видимо, остались его недобитки, Комиссаров имеет среди них осведомителя, от которого и получил сведения.

– А мне он почему их не передал?

– Спросите у Комиссарова, – ответил сыщик с раздражением. – Хищническая скупка драгоценных металлов для вас ведь не новость? Или тоже слышите впервые?

– Не новость, – вмешался губернатор. – Я многократно докладывал о ней министру. Просил помощи, но покуда не дождался. Вы приехали устранить скупку? Одним махом намерены или как?

Разговор стал принимать резкие формы, и Лыков сбавил тон:

– Иван Францевич, я не вам в укор.

Скупка была до вас и останется после вас. Одним махом ее не прекратить, я понимаю. Но планы цареубийства – дело особое. От всех нас требуется полная мобилизация сил.

– Что именно должен сделать я? – продолжил кипятиться начальник губернии.

– Приказать полиции оказать мне полное содействие – раз. Обязать горных инженеров и исправников ответить на все мои вопросы – два. Выделить в помощь толкового человека, знающего местные порядки, – три.

– Будет сделано, – уже спокойно ответил Кошко. – Человека найти всего труднее.

– Да тот же Буров, – предложил полицмейстер.

– Буров ваш в командировке, – напомнил сыщик. – Кроме того, он знает Пермь, а мне нужен Екатеринбург. С уездом, разумеется, ведь в самом городе приисков нету.

– Тогда я прикажу Рупинскому, он найдет среди своих, – решил губернатор.

– Рупинский – это их полицмейстер? – уточнил питерец.

– Да, – кивнул Кошко.