Сброшенная постель с двух верхних полок, подушки и одеяла на полу с нижних ярусов, когда там вскакивали люди, не понимая, что происходит. В проходе перевернутые тумбочки, пластиковые бутылки, разлитая жидкость, видимо, минеральная вода.

Бритоголовый парень крепкого телосложения, но с какой-то несуразной фигурой лежал на спине возле параши. На мертвом лице еще сохранялось выражение предсмертных мук или страха. Судмедэксперт складывал в свой чемоданчик инструменты, когда в камеру вошел Гуров.

– Ну что, закончили?

– Закончил, товарищ полковник, – ответил не очень пожилой, но уже седоволосый эксперт.

– И что мы имеем?

Эксперт поднял с пола и положил на табуретку рядом с собой какой-то предмет. Гуров подошел и увидел, что это обычный гвоздь «двухсотка». Только его каким-то непостижимым образом умудрились тут заточить. Заточен он был так, что его острый конец напоминал больше шило. Очень плавный переход от общей толщины до иглоподобной на конце."

"– Долго его готовили, – догадался Гуров. – Где-то во время хозяйственных работ о кирпичи затачивали. Месяца два работали.

– Да. Видимо, готовились не к этому убийству, а просто про запас держали.

Явно заказное дело. Хотели вашего Курочкина убить. Классика – гвоздем в ухо, а потом кто там разбираться будет.

– Здесь вам не колония, здесь разбираться обязательно стали бы. Не на это расчет. Это смертник. Или проигрался в пух, или за какую-то провинность перешел в категорию быков, а потом палачей. Он отравился, я так понимаю?

– Потом скажем точнее, – кивнул эксперт, – но по некоторым признакам можно судить, что это цианистый калий.

– Запах горького миндаля?

– Да, улавливается сразу, как только я ему открыл рот.

И осколки ампулы между зубами.

– Он все равно покончил бы с собой, – согласился Гуров, глядя на мертвеца. – Теперь концы в воду. Кто послал, почему ему хотели заткнуть рот.

– Я вам больше не нужен, товарищ полковник? – Эксперт встал с чемоданчиком в руке.

– Нет, спасибо. Заключение я прошу вас продублировать к нам на Житную.

– Слушаюсь, – кивнул эксперт и вышел из камеры.

Следом вошел один из контролеров со свежей царапиной на щеке. Наверное, один из тех, кто принимал участие в ликвидации конфликта.

– Товарищ полковник, Курочкин доставлен в комнату для допросов.

– Вы здесь были, когда все случилось? – спросил Гуров, кивнув в глубь камеры.

– Так точно. Фактически я первый и ворвался, когда тут все загрохотало и когда этот вопить начал.

– Что увидели? Нарисуйте мне быстро картинку.

Контролер вошел в камеру, осмотрелся, потом поднял лицо вверх и заговорил с монотонностью автомата:

– Врубили полное освещение, открыли дверь. Подали в соответствии с инструкцией команду отойти к стене.