Я сначала растерялась и даже испугалась – вдруг этот любитель махать когтями сейчас кинется? А потом заинтересовалась способом его сюда проникновения.

Форточка одного из окон была открыта. Распахнув само окно и взглянув вниз, я увидела толстый плющ, ползущий по стене.

Жрец забрался по плющу, это очевидно, но неясно другое – как он меня вообще нашёл? Кстати, в правилах Академии значилось, что животные тут запрещены категорически.

– Кажется, я попала, – констатировала тихо.

Обернулась к кошаку и спросила, обращаясь к хвостатой попе:

– Слушай, ты зачем здесь, а?

Жрец обернулся и одарил всё тем же взглядом.

Затем привстал на лапах, спрыгнул со столика и направился в спальню.

– Эй, стой, – возмутилась я.

Ноль внимания, фунт презрения.

– Мы так не договаривались, – новая бесполезная реплика.

Объективно мы не договаривались вообще ни о чём. Кот был не нужен и не уместен.

Но сам Жрец придерживался иного мнения и обращался со мной как со служанкой низшего ранга. То есть слышал, о чём свидетельствовало дёрнувшееся ухо, однако объяснять что-либо не спешил.

Ну и как с этой странной ситуацией быть?

Вступить в открытую конфронтацию я не решилась.

Схватить и вытурить из комнаты тоже не могла. Отнести к воротам, пропихнуть сквозь прутья и дать пинка для ускорения? Учитывая всё те же когти, это было самоубийством.

В итоге я написала записку и, сбегав к воротам, отдала её одному из дежуривших там мальчишек. Просто со связью в этом мире, невзирая на всю его магию, имелись некоторые проблемы, и единственным способом отправить весточку родным из Академии были бумага и цена в пять медяков.

Я написала Филинии с просьбой сходить к Честосам.

Эпизод с появлением Жреца сильно выбил из колеи.

Настроение стало настороженным, однако унывать я не собиралась. Предпочла сосредоточиться на более полезных и продуктивных вещах.

Остаток времени до ужина сидела над учебниками. Затем навестила столовую и снова сходила к воротам – в своей записке я назначила время и надеялась увидеть у ворот Филинию и хотя бы Марка, но…

– Пс-с, леди! – позвал тот самый мальчишка.

Я подошла, и мне протянули сквозь прутья ответную бумажку, в которой мажордом сообщал, что леди Сонтор отбыла в Парламент и вернётся лишь вечером.

Так как записка адресована герцогине, то в особняке её не читали. Мажордом спрашивал, что случилось и может ли он сам чем-то помочь.

Моё новое «У-у-у» было горше и жалобней прежнего.

– Другую записку передавать будете? – спросил мальчишка.

А у меня ни бумаги, ни денег с собой, ничего!

– Завтра, – выдохнула я, понимая, что решить проблему прямо сейчас не получится, и что мне нужно срочно что-то придумать с кошачьим туалетом.