Затем был выразительный взгляд в мою сторону и продолжение: – Во избежание неоднозначных ситуаций впредь.

Всё. Вот теперь я поняла!

Ну надо же, кому-то самолюбие дверью прищемило.

Георга задел тот факт, что какая-то выползшая из провинции леди не опознала его венценосную персону? Ой, но тут же только понять и простить!

– Ах, – воскликнула я, прижимая руки к груди и глядя на портрет с наигранным восторгом. – Какой взгляд, какая стать! Филиния, ты не находишь, что на этом портрете его величество особенно хорош?

Я пыталась изобразить светское жеманство и у меня, видимо, получилось.

Бабушка кивнула, в глубине фиалковых глаз мелькнуло веселье. А секретарь прямо-таки раздулся от гордости.

Надеюсь, именно эту новость он королю и отнесёт!

Когда посланники ушли, мы с Филинией переглянулись, и та велела кисло:

– Повесьте портрет с северной гостиной.

– Так ведь вы там почти не бываете, – напомнил мажордом робко.

Я улыбнулась, а герцогиня применила железобетонный аргумент:

– Зато она самая роскошная! Как раз для такого подарка. Вы же не хотите, чтобы наш Георг висел в каком-нибудь неподобающем месте?

– В нашем доме все места подобающие, – мажордом аж вытянул шею.

– Да. Но северная гостиная – самая лучшая. Уносите! – и Филиния властно махнула рукой.

После этого мы с леди Сонтор вернулись в кабинет, где мне предстояло законспектировать ещё одну тему. Выть хотелось очень – ну далась же Георгу эта проверочная работа. Неужели не могли без неё?

Три дня. Всего три дня на подготовку! Я понимала, что задача трудная, но оказалось это сущий кошмар.

Я старалась. Филиния старалась не меньше – пересказывая простым языком исторические события и объясняя простейшие правила и законы.

Попутно бабушка пыталась растолковать мне основы каллиграфии, давала задачи на логику, и… нам обеим хотелось удариться головой о стол.

Вечером второго дня в гости заглянул магистр Номан. Старик выглядел весёлым, но стоило начать общение с абитуриенткой, сильно погрустнел."

"Он задавал вопросы, причём, судя по тону, элементарные, но информации было так много, что в моей голове всё перепуталось. Единственная тема, которую я более-менее понимала – история обретения магии. Но её Номан не касался, потому что это всем известная легкотня.

Итогом нашей недолгой беседы стало хмурое и обращённое к бабушке:

– Филиния, я не понимаю. Такое ощущение, что твоя внучка вообще не получала домашнего образования. Как такое возможно?

Герцогиня Сонтор посмотрела жалобно – она не могла объяснить. Сказать, что со мною действительно не занимались? Это было бы предельно странно. Даже учитывая «изначальное нежелание» бабушки отдавать меня в академию.

Врать пришлось мне:

– Я всё знаю, – я опустила глаза, – просто очень боюсь и теряюсь.