Это было так странно и невероятно, что ему просто необходимо было этот ответ знать, поэтому он спросил:

– О каких четырнадцати мужчинах шла речь?

Губы леди Сары сложились в жесткую полоску, лицо вмиг помрачнело.

– Когда вы впервые увидели меня, – напомнил Хью, хотя был уверен, что она прекрасно знает, о чем идет речь, – сказали что-то насчет четырнадцати мужчин.

– Не важно, – отмахнулась она, но при этом чуть отвела глаза.

Она лжет? Или стыдится? Возможно, и то и другое.

– Именно четырнадцать.

Да, он педантичен, но она уже испытала его терпение всеми возможными способами, кроме математических. Четырнадцать не равно нулю, но главное – зачем упоминать то, о чем не желаешь говорить? Если она не намерена объяснить свое замечание, могла бы с таким же успехом держать свои слова при себе.

Сара поспешно отступила:

– Пожалуйста, уходите!

Он не двинулся с места. Она подогрела его любопытство, а в этом мире не было никого более настырного, чем Хью Прентис с вопросом, на который не получен ответ.

– Весь последний час вы требовали, чтобы я посторонилась, – процедила Сара.

– Пять минут, – поправил Хью. – Но как бы ни хотелось мне оказаться в покое и безопасности собственного дома, все же меня разбирает любопытство относительно ваших четырнадцати мужчин.

– Это не мои четырнадцать мужчин! – рявкнула она.

– Надеюсь, что нет, хотя нельзя сказать наверняка.

Она открыла было рот, но он быстро добавил:

– Расскажите же о них.

– Я уже говорила, – повторила Сара, заливаясь краской, – что это не имеет значения.

– Но я сгораю от любопытства. Эти четырнадцать мужчин… их что, пригласили на ужин? На чай? Для крикетной команды многовато, но…

– Прекратите! – взорвалась Сара.

Он вскинул бровь, но замолчал.

– Если вам так хочется знать, – прошипела она яростно, – в сезоне тысяча восемьсот двадцать первого года четырнадцать мужчин объявили о помолвке!

Последовала очень долгая пауза. Хью не был тугодумом, но сейчас понятия не имел, что это означает.

– И что, все четырнадцать женились? – осведомился он вежливо. Она уставилась на него. – Вы сказали, что они были помолвлены.

– Это не важно.

– Думаю, важно. Для них.

Он думал, что с театральными эффектами покончено, но леди Сара издала крик досады:

– Вы ничего не понимаете!

– О, ради всего свя…

– Вы хоть представляете, что наделали? Пока вы сидите в своем уютном лондонском доме…

– Заткнись! – бросил Хью, не осознавая, что произнес это вслух. Ему всего лишь хотелось, чтобы она прекратила, прекратила все: говорить, спорить.

Но не тут-то было: она выступила вперед и с убийственно злобным взглядом прошипела:

– Знаете ли вы, сколько жизней разрушили?

Он судорожно вздохнул. Воздух, ему нужен воздух! И он не обязан выслушивать все это. Во всяком случае, от нее.