– Мой брат совершенно здоров, – спокойно заверил их Хью, – и способен зачать ребенка, но… – Он замолчал и многозначительно взглянул на Дэниела. – Он вряд ли женится.

Дэниел понимающе кивнул, а Сара озадаченно уставилась на кузена и наконец не выдержала:

– Что все это значит? Кто-нибудь объяснит мне, черт побери, о чем идет речь?

– Это не для твоих ушей, – поспешно ответил Дэниел.

– Вот как? – возмутилась Сара. – А «ублюдок» и «сукин сын» – для моих?

Если бы не буря, что в ней бушевала, Сара получила бы некоторое удовлетворение от их растерянного вида."

"– Фредди предпочитает мужчин, – коротко сказал Хью.

– Не понимаю… – растерялась теперь и Сара.

Дэниел прошипел ругательство.

– Христа ради, Прентис, она же благородная дама и к тому же моя кузина!

Сара не понимала, при чем тут это, но прежде чем успела спросить, Дэниел шагнул к Хью и прорычал:

– Еще одно слово, и я велю вас четвертовать.

Хью проигнорировал его и, не отрывая взгляда от Сары, пояснил:

– Точно так же, как я предпочитаю вас, он предпочитает мужчин.

Она не сразу поняла, а сообразив, ахнула и непонятно почему обратилась к Дэниелу:

– Неужели это возможно?

Тот, побагровев, отвернулся.

– Я не говорил, что понимаю Фредди, – продолжал Хью, тщательно подбирая слова, – понимаю, почему он такой, но это мой брат, и я его люблю.

Сара не знала, как реагировать, и повернулась к Дэниелу в надежде на помощь, но тот продолжал смотреть в сторону.

– Фредди хороший…

Сара взглянула на Хью: никогда еще не видела она его в таком состоянии: лицо свело судорогой, горло конвульсивно сжималось.

– Только благодаря ему я выжил в детстве. – Хью несесело улыбнулся. – Хотя, думаю, он сказал бы то же самое обо мне.

Господи, что же за человек их отец?!

– Он… он не такой, как я, – признался Хью, громко сглотнув, – но человек хороший: благородный и добрый.

– Допустим, – протянула Сара, пытаясь осознать происходящее. – Если вы так говорите, то я буду любить его как брата, но какое отношение это имеет… ко всему?

– Именно поэтому мой отец так жаждал отомстить вашему кузену, – ответил Хью, кивнув в сторону Дэниела. – И жаждет до сих пор.

– Но вы сказали…

– Я смогу держать его в узде, – перебил Хью, – но заставить передумать не смогу.

Он переступил с ноги на ногу, и Саре показалось, что в его глазах промелькнула искорка боли. Она проследила за его взглядом и увидела трость, лежавшую на ковре возле дивана. Он шагнул было в ту сторону, но прежде, чем успел нагнуться, Сара поспешила ее поднять.

Выражение его лица, когда она протянула ему трость, мало напоминало благодарность, но он с горечью проглотил все, что хотел ей сказать, и, ни к кому в особенности не обращаясь, заявил:

– После дуэли неизвестно было, выживу ли я.

Сара взглянула на Дэниела, и тот кивнул.