В тот вечер я переступил очень важную для себя черту, потому что она меня попросила. Как я еще мог поступить? – скорее сам себе задал этот вопрос Саша.

Полина видела, как тяжело Саше дается этот рассказ. Он будто заново все это переживал. Будто снова оказался с ней рядом, что не могло нравится Полине, ведь почему то именно сейчас она почувствовала соперницу. Нет, она не была реальной. Но она была в его мыслях, в его голове. А что может быть сложнее, чем сражаться с призраками? С призраками прошлого.

– Сначала это были легкие наркотики. Маленькие такие таблеточки. Запиваешь и откидываешься на спинку кресла. Или идешь трахаться – так ощущения ярче, – Саша не отрываясь смотрит в одну точку, прокручивая сменяющиеся картинки перед собой. – Потом… потом были еще какие-то, сейчас уже и не вспомню. Был кокаин. И была она.

– А как же родители? Друзья?

– Хм… Крови я знатно им попил, – грустно усмехнулся Саша, – за два года мы практически не общались нормально. Это были крики, требования, шантаж.

– Два года?"

"– Да, Полина. Два года. Я был конченым наркоманом, которого интересовало только, где бы раздобыть очередные наркотики, поновее и получше.

Саша повернул голову к Полине, ловя на себе глубокий голубой взгляд. В нем не было жалости, в нем не было разочарования или презрения, которые Саша боялся увидеть в ее глазах. Только если он сам посмотрит на себя в зеркало, чтобы прочитать это презрение в своих глазах. Он это понял, как только наконец вслух сказал то, через что он прошел. Ведь никому до этого вечера он не рассказывал всю история с начала.

– И как ты справился?

– В тот вечер мне принесли какие-то новые, чистые… И… Рома… он вовремя оказался рядом, хотя мы с ним в то время практически не общались. Как так получилось… Хрен знает. Но если бы не он, возможно меня бы сейчас с тобой не было.

– Саша… – сказала Полина, обнимая его со спины, – сейчас я как никогда благодарна Роме. Вы потом просто расстались? С ней?

– Нет, Полина. После того случая я уехал в Америку. На три года. Сначала два года учебы, потом год практики. И затем я вернулся. Думал, перевернул эту страницу, – ухмыльнулся Саша, – но не знаю, что мне на тот момент нужно было, чтобы вытравить ее из моей головы.

Опять она. Она. Она. Нельзя желать другому человеку смерти. Но почему то сейчас у Полины возникло чувство облегчения, что ее нет. По крайне мере рядом и живой.

– Вы опять были вместе?

– Да. Пока она не повела себя как настоящая шлюха, трахаясь с моим другом… – зло ответил Саша.

– Что? – тихо спросила Полина, еще не поверив в сказанное: может ей это послышалось.

– Пока я заключал важный контракт, она трахалась с моим другом. У него на квартире.

– Она изменяла тебе?

– Да.

– С другом?

– С Ромой.